Автобиография Элис Би Токлас
- Автор: Стайн Гертруда
- Год: 2006
- Язык: русский
- Год: Азбука-классика
- ISBN: 5-352-01608-0
- Переводчик: Вадим Юрьевич Михайлин
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Автобиография Элис Би Токлас». Краткое содержание книги:
Эта фальшивая автобиография, написанная от лица многолетней подруги и любовницы Гертруды Стайн, нарушает все правила грамматики и правила самой жизни, однако она принесла писательнице заслуженную славу.
Писатели и художники, деятели культуры, чьими усилиями было «сформировано выражение лица» ХХ века, пройдут чередой по страницам этой книги. Этот роман можно читать по-разному — как художественный справочник и путеводитель по авангардным мастерским и подмосткам Парижа, как историческое повествование и, наконец, как психологический и стилистический шедевр.
Разнообразию не было конца. И приходили все и ни для кого не делалось исключений.
Гертруда Стайн сидела тихо-мирно на стуле и все кому хватило стульев тоже сидели, остальным приходилось стоять. Были близкие друзья которые садились вокруг печки и говорили и было много чужаков которые то приходили то уходили. Я помню это как сейчас.
Как я уже сказала каждый считал своим долгом кого-нибудь привести. Уильям Кук привел множество чикагских дам, очень богатых и толстых или равно богатых но высоких стройных и красивых. В то лето мы обнаружили на карте Балеарские острова и отправились на остров Майорка и на небольшом суденышке которое туда ходило вместе с нами оказался Кук. Он тоже нашел их на карте. Мы пробыли там не слишком долго он же поселился на все лето, а потом поехал туда снова и стал первой одинокой ласточкой из той огромной толпы американцев которые с тех пор успели открыть для себя Пальму[81]. Потом мы тоже еще раз туда съездили во время войны.
Тем же летом Пикассо дал нам рекомендательное письмо к другу юности к некому Равентосу[82] из Барселоны. А он разговаривает по-французски, спросила Гертруда Стайн, Пабло хохотнул, даже лучше твоего Гертруда, ответил он.
Равентос принял нас лучше не бывает, он и потомок де Сото повсюду нас возили два долгих дня, а дни были долгими потому что весьма значительная их часть приходилась на ночь. У них, даже в те давние времена, был автомобиль и они возили нас в горы смотреть ранние церкви. Мы во весь опор мчались в гору а потом слава богу чуть медленней спускались вниз и примерно через каждые два часа съедали по обеду. Когда в конце концов часам к десяти вечера мы вернулись обратно в Барселону они сказали, ну теперь пожалуй по аперитиву а потом пойдем ужинать. От такого количества еды быстро устаешь но нам понравилось.
Позже и в самом деле много позже буквально несколько лет назад Пикассо представил нам еще одного друга юности.
Они с Сабартесом[83] были знакомы с тех пор как им обоим было по пятнадцать лет но поскольку еще до того как Гертруда Стайн познакомилась с Пикассо Сабартес уехал в Южную Америку, в Уругвай, в Монтевидео, она ничего о нем не слышала. Однажды несколько лет тому назад Пикассо прислал весточку что приведет к нам Сабартеса.
Сабартес, еще в Уругвае, прочел в каких-то журналах несколько текстов Гертруды Стайн и стал большим поклонником ее таланта. Ему ни разу не приходило в голову что Пикассо может быть с ней знаком. Впервые за все эти годы приехав в Париж он зашел к Пикассо и рассказал ему об этой самой Гертруде Стайн. Так мы с ней старые друзья, сказал Пикассо, и вообще это единственный дом в который я хожу. Возьми меня с собой, сказал Сабартес, вот они и пришли.
Гертруда Стайн с испанцами друзья от природы и на этот раз тоже получилась дружба.
Примерно в то же самое время в Париже устроили большую выставку футуристы, итальянские футуристы и эта выставка наделала много шума. Все были полны ожиданий а поскольку выставку давали в одной из самых известных галерей все пошли. Жак-Эмиль Бланш был жестоко разочарован. Мы нашли его в саду Тюильри он ходил с места на место и его била дрожь и он сказал, с виду вроде бы хорошо а на самом деле. А на самом деле нет, сказала Гертруда Стайн. Ох, как вы меня утешили, сказал Жак-Эмиль Бланш.
Все футуристы во главе с Северини так и вились вокруг Пикассо. Он их всех привел в дом. Маринетти насколько я помню пришел сам и несколько позже. Но как бы то ни было футуристы показались всем очень скучными.
Однажды вечером на рю де Флёрюс пришел Эпстайн, скульптор. Когда Гертруда Стайн в первый раз приехала в Париж в тысяча девятьсот четвертом году, Эпстайн был худосочный весьма недурной из себя весьма грустный призрак имевший обыкновение то появляться то исчезать среди роденовских статуй в Люксембургском музее. Он сделал иллюстрации к серии очерков Хатчинса Хэпгуда о гетто и приехал на эти деньги в Париж и очень бедствовал. Теперь же, когда я увидела его в первый раз, он приехал в Париж устанавливать своего сфинкса, памятник Оскару Уайльду, к Оскару Уайльду на могилу[84].
Он был большой и довольно толстый, не то чтобы невзрачный но и красавцем не назовешь. Жена у него англичанка и такой как у нее уникальной пары карих глаз я в жизни больше не встречала, ни даже оттенка такого ни в чьих других глазах.
81
Пальма-де-Майорка, главный город Майорки, острова в составе Балеарских островов
82
Рамон Равентос, член барселонской «банды» Пикассо, Касагемаса, де Сото, Пальяреса и др
83
Хайме Сабартес, в будущем личный секретарь Пикассо. В 1946 году опубликовал о нем в Париже книгу воспоминаний.
84
На кладбище Пер-Лашез