(Само)обман (СИ)

Сюэ Ян заторможенно таращится на него в ответ, размышляя об услышанном. Проклятье, это действительно выглядит так, будто ему больше всех тут надо справедливости для мелкой поганки, несмотря на то, что она успела его опозорить по всем фронтам. А ведь он всего лишь пытался отвлечь Яо! И даочжан, кажется, с тем совершенно согласен: сидит себе в обнимку со своим вином, улыбается и взирает с таким умилением, словно ему показали корзинку с кроликами. Тьфу, нужно самому выпить!

Сюэ Ян почти успевает придумать, как возразить на это абсолютно бредовое заявление (ну совсем потопить он себя не позволит!), но появление адепта срывает его планы. Ань Цян — или как там его, — узрев, кто сидит рядом с дражайшим главой его Ордена, полон намерений провалиться сквозь землю или хотя бы просто вскочить на свой меч и улететь от греха подальше. От одного взгляда на Сюэ Яна у мальчишки трясутся ноги: помнит недавнее обещание проредить ему конечности в случае встречи. Отчаянно краснея, он кидает затравленный взгляд на А-Цин, которая выглядит очень виноватой, но помалкивает. Ой, дуреха, ну ничего, сейчас ее последние иллюзии развеются в прах! На всякий случай этот недоносок начинает кланяться, пока Цзинь Гуанъяо не отдает приказ:

— Рассказывай, что произошло у тебя с этими господами сегодня.

Адепт, по лицу которого продолжают идти неровные пятна румянца, придавая ему сходство с каким-нибудь недозрелым фруктом, запинаясь, начинает говорить. Сюэ Ян не верит ни единому слову и только мрачно цедит вино, слушая рассказ, который по уровню глупости способен сравниться только с зарисовками из незабвенной книжки госпожи Шуйсянь. Мол, повстречал сей юнец на празднике прекрасную деву, которая с первого взгляда пленила его сердце, и сил не было сопротивляться, чтобы не попытать счастья. А друзей он позвал исключительно для моральной поддержки — с товарищами не так страшно. В течение всей этой чудной проповеди А-Цин синхронно краснеет вместе с рассказчиком, прижав к горящим щекам ладони, а в ее рыбьих глазах едва ли не звезды сияют.

— А потом появились эти господа… И… — под ободряющие кивки почтенного главы Цзинь мальчишка продолжает: — Прошу меня извинить, если вам показалось, что что-то угрожает вашей… сестре?.. Дочери?.. — не слишком уверенно предполагает он, глядя на Сюэ Яна.

— Чего-о-о? — от неожиданности тот давится вином и долго откашливается, прежде чем заорать: — По-твоему, сколько мне лет, мелкий ублюдок?! И вообще, эта девка мне никто и звать никак!

— Зря ты так, у вас есть определенное родственное сходство. В основном, по части отсутствия понятий о правилах приличия, но тем не менее, — хихикает в свой веер глава Цзинь в унисон с А-Цин, которая почему-то тоже находит нечто веселое в этом абсурде. Для полноты картины даочжан, кажется, готов растроганно разрыдаться. И этот туда же! Негодуя, Сюэ Ян пытается нашарить свои конфеты, но загребает только пустоту в миске. Кто уже успел все расхватать?!

— Да ты издеваешься, тебе же даже не нравится сладкое! — в сердцах бросает он, заметив одинокий конфетный шарик на столике перед покаянно прикрывшим нижнюю часть лица рукавом Сяо Синчэнем. Видимо, покончив с закусками рядом с собой, он решил покуситься на чужие запасы. Это на него так вино действует? Хорошо, если это его предел неблагочестивых поступков, которые он может выдать! На самом деле, пока что все в рамках разумного — может, и опасаться нечего? Подумаешь, на конфеты позарился, а дальше его сморит сон, и вообще по красоте выйдет.

— Как я понимаю, ситуация чудно разрешилась, извинения принесены. Что-то еще? — интересуется Цзинь Гуанъяо. Ему не терпится сесть обратно на облюбованного конька: продолжить третировать Сюэ Яна в свое удовольствие.

— А можно… — очень осторожно подает голос оправданный адепт, продолжая смотреть на разозленного заклинателя. — Можно мне пригласить деву А-Цин на прогулку по саду? — осмелев, договаривает он.

— А меня ты чего об этом спрашиваешь?! — уже не сдерживаясь, потрясает руками Сюэ Ян. — Вот у него проси разрешения, это его девка, не моя! — он мотает головой в сторону Сяо Синчэня, который от такой подставы удивленно хлопает остекленевшим глазом.

А-Цин придвигается к нему и что-то остервенело шепчет на ухо, дергая за рукав. Нашла себе авторитет, смотреть тошно! Теперь все пялятся на даочжана с любопытством, ожидая ответа.

— Я думаю, ничего дурного не случится, — наконец произносит он уже заметно заплетающимся языком.

Скорости, которую выдает А-Цин, срываясь с места, могут позавидовать дикие коты. Мальчишке хватает воспитания на прощание рассыпаться в обрывочных благодарностях, кланяясь всем без разбору.

— Я тебя предупреждал, что будет, если она вдруг вернется с пузом наперевес, — не скрывая своего отвращения к происходящему, сообщает Сюэ Ян. Он дотягивается до последней конфеты и с хрустом разгрызает ее зубами. Он чувствует невероятную усталость и желание просто оказаться где-нибудь подальше от этой смешливой братии. Может, и правда уже возраст поджимает?

— Ах, любовь с первого взгляда, это же прекрасно! Не понимаю, почему ты так скептически настроен, — прижимая руки к груди, театрально тянет Цзинь Гуанъяо.

— А почему я должен верить в этот бред? — уже предчувствуя очередной подвох, обреченно спрашивает Сюэ Ян. Нужно дать себе обещание больше никогда не пытаться играть против старого приятеля — по способности вывернуть ситуацию в свою пользу ему нет равных. И именно поэтому они всегда очень успешно работали в паре.