Десять цезарей. Римские императоры от Августа до Константина
- Автор: Штраус Барри
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Олимп-Бизнес
- ISBN: 978-5-9693-0458-1
- Переводчик: Екатерина Тихонова
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Десять цезарей. Римские императоры от Августа до Константина». Краткое содержание книги:
За несколько столетий Рим обрел великолепие и подчинил новые территории, но однажды утратил и то и другое. Сегодня мы многое наследуем Риму — науку, право и искусство; здесь расположен Ватикан, резиденция Римско-католической церкви. Автор изучает это духовное богатство, обращаясь к жизни людей, которые создавали его: Августа, Тиберия, Нерона, Веспасиана, Траяна, Адриана, Марка Аврелия, Септимия Севера, Диоклетиана и Константина. Несколько веков они владели «семейным бизнесом» — империей, — приспосабливаясь, когда это было необходимо, и борясь за свои интересы в любых обстоятельствах.
Власть и ответственность, стабильность и перемены, коварство и любовь… Узнайте, как умели упорядочить всё это древние правители!
Пусть Веспасиан и клялся в верности Гальбе, но перестал доверять ему после того, как тот уволил Сабина, брата Веспасиана, с поста префекта Рима. В декабре 68 г. Веспасиан отправил в столицу Тита — разведать обстановку, хоть это и было опасно, так как предполагало выход в море в зимнее время. Несколько недель спустя Тит, находясь в Коринфе, получил новости о смерти Гальбы. Он созвал друзей на собрание — они решили возвращаться в Иудею. Тит увиделся с отцом в феврале. Поразмыслив, Веспасиан начал прокладывать себе дорогу к трону.
С точки зрения римлян, ему недоставало авторитетности, репутации и знатного происхождения. Он даже не был самым выдающимся членом своей семьи — эта честь принадлежала его брату. Но, должно быть, Веспасиан уж очень верил в себя. Возможно, он серьезно относился к различным предзнаменованиям, пророчествам и снам Иосифа (и других людей) о том, что именно ему суждено править империей. Веспасиан не выказывал сентиментальности в плане личных отношений. Он не признал Вителлия императором, выступив тем самым против сына своего прежнего покровителя. Коме того, в отличие от Веспасиана, у Вителлия не было трех закаленных в боях и победах в Иудее легионов. Может, Веспасиан и не был самым знатным человеком в империи, но армия могла признать его Первым человеком Рима.
Сами Флавии распространяли такую версию событий: солдаты Веспасиана решили сделать его императором и почти что силой заставили принять власть. Но всё обстояло иначе: Веспасиан с несколькими влиятельными союзниками, среди которых были командиры легионов, придумали план, а войска последовали за ними. Будучи военным, Веспасиан никогда не забывал о необходимости поддерживать армию, и он щедро платил ей. Кроме того, он внимательно следил за обстановкой в Риме. Сабин, назначенный Отоном префектом и находившийся на этой должности при Вителлии, служил важнейшим источником информации. Кенида одной из первых узнавала новости римской жизни и, несомненно, делилась информацией с Веспасианом. Кроме Сабина, Кениды и Тита, наиболее важными сторонниками Веспасиана в Риме были один гомосексуалист, один экономический преступник и целая семья романизированных иудеев. Среди других его сторонников числилась самая прекрасная и влиятельная со времен Клеопатры восточная царица.
Гомосексуалистом был Гай Лициний Муциан, наместник Сирии. Как и Веспасиан, Муциан сделал блестящую общественную карьеру. Тацит сообщает, что Веспасиан был прирожденным солдатом, но жадным человеком, а Муциан, напротив, отличался щедростью; современники считали его превосходным оратором и искусным политиком, но «о тайных сторонах его жизни говорили много дурного». Возможно, историк тактично сообщает таким образом, что Муциан не просто предпочитал лиц своего пола, к чему римляне относились более-менее терпимо, но был еще и пассивным партнером — а этого в обществе вовсе не уважали. Однажды в личном разговоре с другом Веспасиан отпустил язвительное замечание о его «известной порочности», пробурчав: «Я-то ведь всё-таки мужчина!»
Несмотря на такое пренебрежение в его адрес, Муциан мог выдвинуть свою собственную кандидатуру на пост императора. В конце концов, он был наместником Сирии, в его распоряжении имелось четыре легиона, а у Веспасиана — только три. Однако он поддержал Веспасиана, самого опытного военачальника в римской армии, снискавшего триумфальные почести за успех в Британии, бдительного, бережливого и благоразумного руководителя. Муциан сам подчеркнул такие свойства Веспасиана в речи, которую приписывает ему Тацит. Веспасиан командовал армией, которая сражалась и победила в Иудее, и данная кампания — свидетельство мужественности этого человека, мужественности в высоком римском понимании. Что более важно, солдаты любили своего командира — за победы, за своевременные выплаты жалованья и быстрый карьерный рост под его руководством. Муциан довольствовался той огромной властью, которую имел, — в том числе властью неформальной. Возможно, наместник Сирии просто не желал принимать на себя ответственность и риск, сопряженные с положением императора. Тацит сообщает о Муциане, что власть он «охотнее уступал другим, чем пользовался ею сам».