Спаси меня от себя

Прижимаю девичьи молочные бедра к кровати и внимательно осматриваю губки. Лишь бы не кровотечение, я вчера думал, что кончу только от одного вида. А уж очутившись внутри — попал в рай. Но было так узко, что вполне могли бы быть разрывы. Провожу пальчиками по складочкам — полустон доносится до уха. Раздвигаю губки и осматриваю. Не кровит. Все воспалено, конечно, но не страшно.

Никогда еще не испытывал такого во время секса, хоть и девственницы у меня были, но чтобы так. Чтобы аж дух захватывало и зрение плыло в желании касаться — нет, более того, никогда особо не думал о наслаждении другой стороны. Кончила разок и ладушки, а здесь просто крышу сносило, пока она отчетливо не получила свою дозу оргазмов, приправленную жадными поцелуями. Я с нее не слезу точно. Знатно подсел.

— Все в порядке, — не своим голосом прошептал и коснулся губами лобка. Сладкий запах щекотит нос, чуть прошелся язычком по клитору, а Еся сразу же дергается.

— Что ты…Андрей, — откидывается назад и пытается оттянуть мою голову от себя.

А я и правда, я никогда подобного не делал, а тут захотелось. Мне все с ней хочется. Волна жара опять находит на меня, затягивает. Член уже стоит колом, но этот адский звонок не прекращается. К нему подключается и мой мобильный. Все разом сговорились, что ли?!

— Я сейчас засуну этот звонок кое-кому в одно место!

Выдаю и спешно двигаюсь к двери, на ходу цепляя мебель и все косяки. Меня повело уже, да и не выспался. Прибавить к этому постоянно ноющую боль в теле — и коктейль невротика у вас.

Не успеваю открыть дверь, как она с шумом отскакивает в сторону, а мне опять прилетает. Свист стоит в ушах и блокирует сознание на доли секунды. Ну твою ж мать, когда уже эта губа заживет?

— Я ТАК И ЗНАЛ, — Александр Павлович в самом неприглядном внешнем виде вламывается в квартиру и уже готов размазать меня по стенке, а может и выдернуть Фаберже, вот только увидев мою рожу, морщится. — Неужели тебе мало своих шлюх?! Зачем тебе моя дочь? Что ты за человек такой?!

Я его понимаю. То есть чисто гипотетически, если бы у меня была дочь, я бы такому чуваку уже давно отвинтил голову. Хотя. Этот чувак бы просто не дожил до секса с ней, потому что я отстреливался бы из окопов. В двадцать пять, и то очень может быть, он поцеловал бы ее.

Но со своей стороны я ничего не могу поделать. Пытался избавиться от наваждения? Пытался. Переключался? Не вышло! Я принял тот факт, что абсолютно повернут на Есе. Причины мне неважны, сам факт того, что я не могу без нее — для меня неоспорим. Отказываться или идти на поводу у кого-то не собираюсь. И более того: сотру в порошок любого, кто попытается мне помешать.

И тут же выскакивает Еся, полуголая в моей рубашке. Прекрасный вид для встречи с папой. На изящной фигурке широкая белая рубашка смотрится настолько аппетитно, что только слепой мог бы не заметить сочную грудь, аппетитные бедра. Как, впрочем, и бесконечно зацелованных губ, засоса на шее и вообще качественно оттраханный видок.