Скворцы и Проклятые самоцветы (СИ)
- Автор: dadagi
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Скворцы и Проклятые самоцветы (СИ)». Краткое содержание книги:
– Нет. Остаются старики и те, кто вышел замуж или женился на оборотне или волшебнике. Всем остальным в Бёрё все равно не просто. Как ни старайся, но город приходится скрывать сильными чарами, магловскую технику в него привозить смысла нет, а магическая не всегда работает у маглов.
Белая кивнула. Тоже логично. Она читала, что Бёрё – единственный магический город, где можно получить магловское образование. Знала, что иногда там живут семьи с детьми-сквибами, чтобы те потом смогли устроиться в мире маглов.
– А еще у нас много беженцев, – улыбнулся Богдан. – Во многих странах, особенно в европейских, к оборотням относятся даже хуже, чем, скажем, к драконам. Тех-то хотя бы магозоологи защищают, а оборотней – никто. Вот и они и приходят в Союз. Иногда буквально – приходят. Пешком через все страны идут с детьми на руках.
– И всех принимают? – удивилась Катя.
– По правилам, нужно пройти проверку у мага-менталиста и уметь говорить на языке местности, где планируешь жить. То есть можешь не знать русский. Если планируешь жить на территории Грузии там, или Украины – учи их язык. Но город Бёрё принадлежит русскоязычным родам, так что оборотни учат русский. Коряво первое время, потом получше. Хочешь жить как человек, а не как скотина – и китайский выучишь.
Катя согласно кивнула. Мимо них по улицам проходили такие же парочки. Иногда совсем старички, но чаще – среднего возраста. Наверное, курортный город будет дорогим у магов тоже, молодым может быть не по карману такая роскошь. Эта мысль почему-то заставила Катю улыбнуться: совсем избаловали ее. Порталы, дорогие места, разные развлечения – Белая понимала, что ей крупно повезло попасть в первую группу, где почти все являются более, чем просто обеспеченными людьми. Но только недавно научилась нормально воспринимать тот факт, что за нее вечно платят.
– Кстати, – наклонила голову она, пытаясь рассмотреть Богдана против солнца. – Тогда почему Лель? Ты его хорошо знаешь?
Богдан засмеялся:
– Все время забываю, что ты много не знаешь. Лель – город Воронцовых. Их родовое поместье совсем недалеко отсюда. Мы с Максом часто бывали здесь.
Катя задумалась, а спустя минутку призналась:
– Я почему-то думала, что Макс рос в Китеже.
– Позже. Когда мелкими были, жили здесь, до города минут пять на метлах или минут двадцать на пони. Вообще мало кто наследников воспитывает в городском доме. В Китеже и защиту нормальную не поставишь, все же дома аристократии слишком близко друг к другу. Да и Макс был несколько опасен для людей лет так до восьми. Моя мама даже немного боялась меня к ним отдавать. Да ладно, все боялись, что мы с ним поцапаемся и он мне мозги в кашу превратит. Вот и океанариум.
Катя вздрогнула и посмотрела в ту сторону, куда указывал Богдан. Она и не заметила, что уже успели дойти до огромного кирпичного здания. Гигантские буквы стояли на козырьке над входом: Дом Моря. И несколько рыбок рядом, в качестве украшения. Смотрелось вполне по-магловски, не хватало только неоновых вывесок и рекламы пиццы где-нибудь на билборде.
Им пришлось перейти дорогу, пересечь трамвайные пути и обойти еще одну группу уборщиков. За двустворчатыми дверьми царила прохлада, так что Катя даже подумала – а не застегнуть ли пальто. Около кассы стояла небольшая очередь, но продолжать прежний разговор Катя побаивалась – неприятно обсуждать прошлое людей, когда вас могут подслушать. Поэтому она взяла небольшой буклет со стенда и с любопытством принялась его листать. Кроме нескольких больших аквариумов, которые демонстрируют разные климатические пояса, здесь можно посмотреть еще и на пингвинов, тюленей и белых медведей. С последних и началось знакомство – именно поэтому на входе было так холодно.
Справа тянулся остекленный вольер с медведями, слева – с пингвинами. Катя тут же восхищенно уставилась на белого мишку, что расслабленно плавал мимо стекла на спине.
– Это Лилия, – объяснил Богдан, – медведица-жена. Вон то облако, что лениво жрет рыбу – это Умка, медведь-муж. Именно из-за них постоянно ведутся споры о ужесточении норм контроля над зоопарками, цирками и океанариумами. Это самые жирные белые медведи.
Катя засмеялась. Медведи и правда были жирными. Особенно Умка. Он действительно походил на облако, а рыбу ел так, будто неспешно попивает коктейль, лежа на шезлонге.
– Им уже живую рыбу выпускают в воду, чтобы они ее хотя бы ловили, но места здесь не так уж много, – весело рассказывал Богдан. – Раньше с ними жил еще медвежонок, но его все же забрали и выпустили на волю. Чтобы тоже не разжирел.
– А пингвины нормальные, – оглянулась на них Катя. – Хотя тоже упитанные.
В Магическом союзе были строгие требования к содержанию животных в неволе. Одно из самых строгих – величина вольеров. Большая часть клеток в зоопарках были очень узкими и очень длинными – чтобы соответствовать узаконенным квадратным метрам, но при этом чтобы животные были на виду. То же самое – в отношении цирков. Гастролирующие цирки с животными просто перестали существовать. Даже в специальных вольерах с расширенным пространством не удается полностью соответствовать всем нормам. Сначала Катя подумала, что маги заботятся о природе больше, чем маглы, отсюда и столько уважения к животным. Но нет, все дело в том, что на территории союза живут пять магических родов, которые могут чувствовать эмоции животных и разговаривать с ними. Среди них много магозоологов, которые и добились такой строгости к содержанию.
За арктическим миром – с пингвинами, медведями и стаями атлантической трески – шли речные обитатели. Бобры строили плотины, в подсвеченной зеленоватой воде плавали быстрые ласки, а на широких листах кувшинки сидели огромные магические жабы. В речной воде плавали рыбы, на ее поверхности – утки и пеликаны. Катя пораженно бегала от одной стороны аквариума к другой. Животные не обращали на людей ни малейшего внимания, для них был создана точная копия их же экосистемы.
После были обитатели морей, потом – искусственно выращенный коралловый риф, благо магия позволяла создать его даже в искусственных условиях. В низком бассейне плавали скаты, в бассейне побольше можно было погладить дельфина – но только в определенное время, потому что в остальное они жили в бассейне побольше. Катя радовалась всему как маленький ребенок. Когда длинная дорога через океанариум закончилась, она устало села на низкий диван у входа.
– Устала? – спросил Богдан, садясь рядом и протягивая ей стакан с соком – купил тут же, в небольшом ларьке.
– Не то слово! Я была в океанариуме, все же у нас в городе свой есть, но это… просто волшебство. Но я жутко устала.
Она вытянула ноги в туфлях, плохим словом поминая Элю. Какими бы удобными не были магические туфельки на каблуках, кроссовки все равно круче.
– Наймем рикшу, – кивнул Богдан. – Поедим. В школе мы бы уже и пообедали.
– Сколько время? – Катя беспардонно схватила Богдана за руку, переворачивая часы циферблатом к себе. – Это что, я здесь три часа по коридорам носилась?
Богдан засмеялся, кивая. Она быстро увлекается. Какая-то детская черта, из-за которой Катя умудряется забывать о времени, если ей интересно. Что в учебе – иногда Никольская ее из библиотеки за руку тащит, – что в каких-то иных вещах, вроде прогулки по океанариуму.
– Поехали в ресторан? – спросил Богдан, уже протягивая ей руку.
Катя, недовольно кряхтя, встала с диванчика и тяжело оперлась на его локоть – ноги и правда ныли от усталости. Зато на улице сразу сели в рикшу. Извозчик – паренек чуть старше их самих, понесся по улице так, будто собрался золотую медаль по легкой атлетике выиграть. При этом он азартно кричал, если ему кто-то мешал проехать, а потом еще и соревновался в скорости с другим “водителем” рикши. Богдан смеялся, подбадривая паренька и обещая доплатить за выигрыш, так же азартно подбадривал своего извозчика их соперник в другой коляске, а Катя держалась за поручень и закрыла глаза от страха. Оказалось, что иногда и человек может бежать слишком быстро.