Невеста Обалуайе
- Автор: Дробина Анастасия Вячеславовна, Бенимана Дэн
- Серия: Магические тропики #3
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Avtorskie-txt
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Невеста Обалуайе». Краткое содержание книги:
Временами Обалу чувствовал, что кто-то из братьев, а возможно, даже мать, ищет его: в голову упорно пробивалась чужая воля. Но Обалу не привыкать было закрываться, и он привычно ставил защиту. И ещё страшно жалел о том, что оставил дома айфон. Что стоило захватить его с собой? Он бы не отвечал на звонки, отключил Интернет… Но фотографии Габриэлы можно было просматривать с утра до ночи. Снова и снова видеть нежное смуглое лицо, золотистую охапку волос, открытую и смелую улыбку, зелёные, как морская вода, глаза. И пусть он больше никогда не получит ни одной строки от неё. И пусть она теперь знает, что он – беспомощный, трусливый и лживый урод. Но её лица и её сохранившихся писем у Обалу не отнял бы никто…
Но сейчас в голове Обалу не было ни одной мысли, в окне висела страшная, ледяная луна, а за стеной… За стеной слышались шаги. Ошибиться было невозможно: кто-то бродил вокруг дома странной, подпрыгивающей походкой, то замирая ненадолго, то шаркая по-стариковски, то роясь в палых листьях питангейр… Сначала Обалу подумал, что это Шанго спустился сверху в поисках еды. Но Шанго никогда не стал бы пробираться такими осторожными шагами: он всегда топал как тапир, сотрясая весь дом… Обалу подобрался, вслушиваясь в странные шорохи и сжимая свой костыль, словно пистолет. И чем больше он понимал, что звуки за стеной не похожи ни на возню броненосцев, ни на копошение енотов, тем сильнее стискивало горло ужасом.
Краем глаза Обалу взглянул на Рокки. Тот лежал вниз лицом, неподвижно, как поваленное дерево, – но в лунном свете было заметно, как судорожно сжимается в кулак его огромная, похожая на корявый сук рука. Рокки был в сознании – и от него несло страхом, как гнилью от болота. Шумно переведя дыхание, Обалу заставил себя повернуться к окну – и вздрогнул.
Круглые птичьи глаза смотрели сквозь облитое луной стекло. Огромная, в два раза больше обычной, цапля стояла прямо под окном. Она смотрела на Обалу в упор безумным, немигающим взглядом – и улыбалась. Обалу отпрянул к стене, уверенный, что теряет рассудок. Хрипло, пересохшими губами, позвал: «Дон Осаин!» – и тут же вспомнил, что старика нет здесь, что он у себя дома… Шанго дрыхнет наверху: Короля молний не разбудить шорохами под окном, даже если там шатаются призраки… А полоумная цапля всё усмехалась в пыльном окне, и Обалу чувствовал, как его засасывает в эти жёлтые глаза.
«Это не птица, нет… Это адже – ведьма! Как можно было не понять сразу! Ийами Ошоронга, проклятая ночная старуха, это она! Кто ещё может прислать птиц? Но кто же призвал её, зачем? Вот ведь дьявол… Главное – не дать ей войти!»
Тварь за окном, словно почувствовав мысли Обалу, заурчала сквозь клюв низким, клекочущим голосом, тихонько завыла. В зыбком лунном свете голова птицы превратилась в измождённое, высохшее, мёртвое лицо. Жёлтые, гнилые зубы выпирали из расколотой щели рта. От глухого, но сильного удара в стену задрожала и упала с полки фотография в рамке. Метнулась по стене крылатая тень. Старое стекло треснуло – и осыпалось в комнату искрящимся дождём. Птица с истошным клёкотом кинулась прямо в окно – и Обалу, прижавшись мокрой от пота спиной к стене, снова увидел женщину – оборванную, чудовищно худую, со спутанными в колтун волосами. Мёртвая рвалась в дом, продираясь сквозь ощетиненную осколками раму, упрямыми толчками загоняя себя внутрь. Хриплые отрывистые вздохи вырывались из её огромного, раскрытого, как клюв, рта. Обалу занёс свой костыль, – отчётливо понимая, что, даже если попадёт, то сможет только сбить ведьму с ног. Если бы он хоть на мгновение мог стать как его могучие братья – Ошосси, Огун, Шанго! Он, несчастный калека, ни на что не способный урод… Ийами Ошоронга легко задушит его, а за ним и Рокки…
Сверху раздался грохот. По лестнице, сотрясая и ломая ступеньки, нёсся, казалось, доисторический мастодонт. Дверь, жалобно крякнув, сорвалась с петель, и в лунном столбе вырос Шанго с топором в руках.