Невеста Обалуайе

– Но…

– Любовь моя! Выбрось всё из головы! Перестань думать, женщинам это вредно! Вообще никогда не думай при мне: это меня расстраивает! Где… тут… мои… сиськи?.. Эвинья! Как тебя понимать?! С какой стати ты нацепила ЭТО?! Ты же баиянка, зачем тебе лифчик?

– Эшу, ради бога! Здесь же люди! Дети! Твоя мать!

– Никому нет дела… Все лопают торт… Не думай ни о чём… Ни о чём не беспокойся, пока я – здесь… Пока я – твой мужчина…

– Ты мой мужчина, пока чего-нибудь не натворишь! – Эва из последних сил, уперевшись обеими руками в грудь Эшу, уклонялась от его жадных, нетерпеливых поцелуев. – А когда это случается, тут же становишься моим братом! И прячешься у меня под юбкой от матери или Огуна!

– М-м… И кому же от этого плохо? У тебя такая широкая юбка, Эвинья… Под ней столько всего интересного…

– Эшу! Да как же тебе не стыдно! Эшу-у…

Луна деликатно спряталась в ветвях. Звёзды, огромные звёзды баиянской ночи сияющими гроздьями свешивались с чёрного неба. От освещённого дома, отмахиваясь от москитов и напряжённо вглядываясь в конец дороги, теряющийся в чёрных пальмовых зарослях, торопливо шла Жанаина. Увидев Эшу, который, как сумасшедший, целовал Эву, повалив её на капот чьего-то автомобиля, Мать Всех Вод остановилась. Покачала головой. Вздохнула. Улыбнулась. Тщательно вытерла ладонью слёзы – и медленно пошла обратно.