Она не умела стрелять

Он включил кран, выпил воды, поплескал на лицо и шею. Так, пора собраться с духом. Хоть что-нибудь делать, только не паниковать. Это перед Геной он выглядел сильным и уверенным, а без него раскис. Сопляк, слюнтяй, белоручка! Родион огляделся вокруг – включенный бойлер с горячей водой, душевая кабина, на полке чистые полотенца, на крючке Генин зеленый халат, в углу – простенькая белая табуретка, на ней тазик для стирки белья. Вроде, необходимое есть. Он включил и проверил воду в душе – пошла горячая, пристроил табуретку в кабину, вернулся в комнату. Ксана лежала, закрыв глаза, слезы по-прежнему катились из ее глаз, виски стали мокрыми, грязные волосы слиплись.

– Александра, – он присел рядом, тронул ее за плечо, – сейчас я тебе помогу снять одежду. Потом пойдем в душ смывать кровь и грязь.

– Хорошо, – она открыла измученные глаза и попыталась сесть, но у нее не получилось.

Родион осторожно приподнял ее за плечи, усадил. Голова женщины запрокинулась назад, глаза закатились, но усилием воли она выпрямилась, удержала голову. Он стал ее раздевать, скидывая вонючее рванье прямо на пол. Александра попыталась прикрыть ладошками покрытые синяками груди с торчащими розовыми сосками и поросший светлым волосом пах. Странно, но это ее такое естественное женское движение вдруг привело его в ровное расположение духа, липкий ужас перед видом изуродованного тела отступил, появилась сосредоточенность и четкое намерение довести все процедуры до конца – будто он вынырнул, наконец, из омута собственной паники и уже знал, как не попасть туда снова.

– Александра, не мешай мне, – он мягко отодвинул ее руки в сторону, – мне сейчас не до твоих прелестей. Лучше помоги.

Не обращая внимания на ее смущение, и почему-то обрадовавшись, что она, почти умирающая, так на него реагирует (значит, все будет хорошо!), он продолжил аккуратно стягивать прилипшие к ранам штанины. Не получилось. Тогда он снова уложил ее, отыскал на кухне нож, вернулся и попытался разрезать засохшую ткань. Ксана взвизгнула, по ноге густо потекла кровь. Родион взвыл от бессилия, с трудом поднял ее тело на руки, перенес в душевую, усадил на табуретку, приказав держаться за его шею. Ксана схватилась двумя руками, тяжело повиснув на нем. Включив воду, он начал отмачивать присохшую к ранам заскорузлую ткань, дело пошло быстрее. Александра вскрикивала, больно цеплялась за плечо, но Родион больше не обращал на нее внимания и смывал кровь с ног до тех пор, пока раны не стали чистыми. Несколько открытых ран сильно кровоточили, их срочно надо было зашивать. При мысли об этом его снова замутило, он отвел взгляд и стал аккуратно отмывать ее руки и шею. Сколько же она потеряла крови? Так, держаться, держаться! Ну же, женщина жива, она даже цепляется из последних сил за тебя, ничего страшного не происходит, ты почти справился!