Дарвиновская революция
- Автор: Рьюз Майкл
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-17-107266-7
- Переводчик: Виктор Спаров
- Жанр: Религиозные исследования
Электронная книга - «Дарвиновская революция». Краткое содержание книги:
Автор дает подробный и беспримерный по детализации обзор естественнонаучных и религиозных представлений, которые господствовали в просвещенном мире до того, как теория Дарвина заняла свое место в научной картине. Он также описывает драматичные сдвиги, имевшие место в период становления нового мировоззрения, и всесторонне анализирует его влияние на то, как мы рассуждаем сегодня.
В формате a4.pdf сохранен издательский макет.
Тем не менее меня не оставляет чувство, что «Принципы» Лайеля больше напоминают огромный айсберг, полностью погрузившийся в воду, так что на поверхности видна одна верхушка. И поневоле возникает подозрение, что его мнения касательно организмов и их происхождения по своей таинственности намного превосходят даже самые загадочные из его ремарок. Поэтому чтобы дать лучшее понимание занимаемой Лайелем позиции, в поддержку ее я вынужден буду прибегнуть к целому ряду поясняющих моментов. Хотя некоторые из них являются по сути противоположными точками зрения (подобная контрастность лучше всего помогает объяснить позицию Лайеля по вопросу об отношении к организмам и их происхождению) и хотя некоторые из них гораздо более значимы, чем другие, сам я рассматриваю их как связующие, взаимно дополняющие друг друга звенья данного повествования (см. в частности Бартоломью, 1973).
Рискну предположить, что дебаты, ведшиеся по вопросу о происхождении органики, не имели никакого отношения к «чистой науке» (что бы под ней ни подразумевалось). Не говоря уже о социальных и внешних факторах, мы видим, что наравне с наукой здесь затрагиваются также важные элементы философии и религии. Более того, хотя для удобства изложения автор отыскивает в своей мысли различные элементы и подает ее сообразно этим элементам, такое подразделение мне представляется искусственным, ибо наука, философия и религия тесно переплетены между собой. Разумеется, трудно отрицать, что позиция Лайеля и его взгляд на организмы включает все три аспекта. Поэтому мне кажется более удобным, если мы структурируем наши рассуждения, твердо помня об этих трех различных позициях, хотя было бы явно неуместно в данном случае делать вид, что они не пересекаются и не накладываются друг на друга.
Итак, начиная наш обзор с научного конца данного спектра, давайте рассмотрим причины неприятия Лайелем органической прогрессии. Прежде всего необходимо учесть, что в 1830 году у научного сообщества имелось одно веское научное доказательство, направленное против прогрессионизма (см. Уилсон, 1970, с. хxiv-vi). Речь идет о найденных в Стоунсфилде, графство Оксфордшир, почвенных пластах, изобилующих окаменелостями млекопитающих, свидетельствующими о том, что последние существовали на Земле намного раньше того времени, какое прогрессионисты обычно связывают с их появлением. Хотя это свидетельство было обнаружено еще в 1814 году, наиболее значительные его части были вскоре утрачены, и их удалось восстановить лишь в 1828 году. Но, однажды найденное и восстановленное, это свидетельство было настолько бесспорным, что от него невозможно было отмахнуться как от ошибки, якобы совершенной в процессе каталогизирования или чего-то подобного[10].
Так вот, на основе стоунсфилдских ископаемых Лайель пришел к выводу, что «обнаружение в древних пластах одной особи, принадлежащей к высшему классу млекопитающих… так же гибельно для теории последовательного развития, как и обнаружение нескольких сотен таких особей» (1830–1833, 1:150). Разумеется, прогрессионисты с ним не согласились; они считали, что прежде чем делать столь определенные выводы, необходимо пересмотреть время, к которому отнесено появление млекопитающих, согласно палеонтологической (и все еще прогрессивной) летописи. Но это свидетельствует о том, что у Лайеля, утверждавшего, что эти млекопитающие в лучшем случае служат лишь примером фрагментарной природы летописи, имелась, по меньшей мере, вполне добротная научная основа для его антипрогрессионистских нападок. И мы увидим, чем это обернется в дальнейшем.
Разумеется, палеонтологическая летопись была не единственной причиной, приведшей Лайеля к отрицанию органической прогрессии. Поскольку мы прежде всего имеем дело с наукой, хотя и начинаем понемногу отклоняться в сторону философии, мы вправе утверждать, что органическую прогрессию Лайель рассматривал как угрозу его генеральной позиции, отстаивавшей неизменяемую природу этого мира. Лайель сам признался в этом в письме к своему другу Скроупу: «Стоит допустить органическую прогрессию, – писал он, – и ты оказываешься на скользком склоне, ведущем к признанию прогрессии вообще» (Лайель, 1881, 1:270). Но почему Лайеля так пугала «прогрессивная» картина мира? Частично это объяснялось тем, что Лайель считал – ошибочно или нет, не нам судить, – что его тезис о неизменяемости земных процессов неразрывно связан с его научно-философским подходом к геологии. Откажитесь от статизма и вы подвергнете опасности актуализм и униформизм. Хотя и возникает ощущение, как у некоторых из его критиков, что Лайель ошибался, допуская столь тесную связь между различными частями своей программы, он, несомненно, все же был прав, допуская эту связь. Его доводы столь многочисленны, что нам трудно теперь выделить или отсортировать различные элементы, входящие в них органичной тканью. Теория климата, например, не только актуалистична и доктринальна с точки зрения vera causa, но она, кроме того, вполне укладывается в рамки униформизма и является главным опорным столпом тезиса о неизменяемости земных процессов.
10
На рис. 19 (гл. 6), показано, что открытие стоунсфилдских ископаемых отодвинуло первое появление млекопитающих в эпоху оолита в середине мезозойской эры, а не в эпоху эоцена в начале третичного периода, то есть, выражаясь современным языком, в юрский период в середине мезозойской эры, а не в эоцен-палеоцен в начале кайнозойской эры.