Египтянин. Путь воина

Выслушав Ренси, Памеджаи поддержал его одобрительными словами, зато на лице карлика промелькнула ухмылка.

– Мудро ты, братец, со своим новым дружком придумал, – фыркнул он, выделив особой интонацией слово «братец». – На самом деле, твоя затея очень сомнительна. Ты предлагаешь нам бежать сейчас, а это всё равно, что броситься в пасть гиене. И склонен поступить так потому лишь, что подельники Кочевника помогут нам выбраться отсюда. Но, может быть, они давным-давно забыли о нём, а он пользуется этой выдумкой, как приманкой на крючке, чтобы выслужиться перед Хети. Чую я, сдаст он нас как самых злостных нарушителей лелеемого начальником каменоломни порядка – в обмен на какие-нибудь привилегии в виде куска вяленой баранины или отлынивания от работы…

Ренси хотел сказать, что никого ни к чему не принуждает и что каждый волен выбирать свой путь, но тут раздался гортанный окрик Аббала, к которому присоединились грубые голоса других надсмотрщиков. Каторжанам приказывали разойтись по своим клетушкам.

Ренси прилёг на циновке, чувствуя, как налившееся свинцовой тяжестью уставшее за день тело нуждается в отдыхе. Однако он не смог бы, даже если б позволил себе хоть немного расслабиться, заснуть этой ночью.

Как тихо вокруг, – подумалось Ренси, – кто знает, может, ещё до рассвета в этом безмолвии мы услышим голоса богов, которые пошлют нам знак, что час пришёл…

Сквозь обтёсанные колья, которые служили решёткой в двери, он смотрел на звёзды так пристально, точно пытался найти там, в небесной книге судеб, ответ на своё будущее. Помогут ли ему боги выбраться из неволи? Куда ведёт его путь? Суждено ли ему снова увидеться с Мерет, а, если да, то будут ли они вместе до самого конца? Ведь без неё, без её любви он не видел в своей жизни счастья…

Задумавшись так, Ренси не сразу смог понять, показалось ему или он вправду услышал крик, который донёсся с той стороны, где в ночном карауле стояли часовые. Вскочив на ноги, Ренси вцепился в колья и вгляделся в даль. Небо над зубцами скал уже начало сереть, и теперь можно было увидеть, как у подножия горы то и дело мелькали какие-то силуэты.

Лоб Ренси мгновенно покрылся испариной, бешено застучало сердце. Нет, он не обманулся: во владения Красной Горы проникли чужие, и они убили стражников. Взяли их, как и обещал Кочевник, точно птенцов из гнезда.

Убрав всех часовых, жители пустыни бесшумно, как тени, разбежались по каменоломне в поисках своего соплеменника. Но вот громоподобный приказ: «На нас напали! Все к бою!» нарушил предрассветное безмолвие.

Ренси узнал голос старшего офицера стражи, правой руки Хети в наведении порядков на территории каменоломни, и тревожная дрожь охватила его. Нет, Ренси не трусил в предвкушении схватки со своими надзирателями и мучителями. Напротив, он был готов сражаться с любым из них пусть даже голыми руками. Но его тревожила мысль о том, успеет ли Кочевник добраться до него прежде, чем перевес сил окажется на стороне Хети и его людей.