Император желает услышать "Да"

– Я рада тебя видеть, Алинэ, – произношу искренне.

– Я тоже рада вас видеть, Ваше Высочество, – неожиданно тихим и спокойным голосом отвечает та.

И глаза девушки теперь говорили отчетливо – она прекрасно понимает, в каком положении мы оказались. Возможно, понимает даже лучше, чем я сама: ничем иным этот потухший взгляд ярко накрашенных глаз не объяснить…

Забираю свои слова назад! Я понятия не имею, через что она прошла, пока я готовилась к соревнованиям новичков!

– Наговорились? – напоминает о своём присутствии Джай, затем небрежным пинком придвигает одно кресло к другому, – Занимайте свои места, дамы. Вы привлекаете слишком много внимания.

– Это обязательно – вести себя так отвратительно? – спрашиваю его с холодом и тут же ощущаю на своём плече две маленькие ладошки.

– Ваше Высочество, пожалуйста, давайте просто сядем, – просит Алинэ.

– Ваше Высочество, послушайте совета своей подруги, – хмыкает Первый генерал, откровенно издеваясь.

– Ты наживаешь себе врага, – говорю ему прямо.

– А ты его уже нажила, – растягивает губы в улыбке Джай.

– Как вы можете обращаться к принцессе Цай на «ты»? – Алинэ потрясенно прикрывает рот рукой и вздрагивает, когда Первый генерал неожиданно врывается в её личное пространство.

– Вы либо сядете, либо прямо сейчас узнаете, почему это оскорбление – не самая большая ваша проблема, – сообщает мне Джай, глядя в глаза Алинэ.

– Герцогиня Даронская, – обращаюсь к девушке, чуть приподняв подбородок, – давайте займём свои места.

– Вот и умницы, – одобрительно кивает Первый генерал, когда мы присаживаемся на предложенные кресла.

Почему я отступила? Потому что ложи по бокам начали заполняться. Нам не нужны были зрители – не тогда, когда нас так открыто унижают.

Когда зал суда заполнился людьми, в свою ложу зашёл Каян. Все придворные и военные тут же встали, приветствуя императора; мы с Алинэ также решили не нарушать этикет, молча поднявшись на ноги. Однако, когда в зал завели Второго генерала, я едва удержалась от реакции. И дело не в том, что тот был в побоях – нет, Ро’ун выглядел вполне себе здоровым. Дело в том, как резко изменилось к нему отношение приближенных императора… эта зловещая атмосфера, что заполнила зал суда, была почти физически ощутимой!

Они все уже заранее ненавидели его – за одно лишь обвинение, ещё даже не доказанное. Почему? Откуда столько злобы? Они словно ждали того, чтобы Второй генерал оступился!

– Неужели кто-то знает о его отце?.. – шепчу беззвучно, но забываю, что черному генералу рядом со мной не нужно напрягать слух, чтобы услышать.

– Естественно они знают. В Империи Го все стараются быть честными друг с другом. Не то, что у вас – на востоке, – протягивает Джай, наклоняясь ко мне.

Это мне за моё «инкогнито» сейчас прилетело?

– Согласна, – киваю, – ваши мятежники честно не признают действующего императора, и вы их честно вырезаете; поголовно. Остальным странам до вашей честности ещё расти и расти – что уж говорить о нашем скромном востоке?