Император желает услышать "Да"

– Это сейчас её способности известны всем. Однако, когда вы раскрыли её личность, соревнование ещё даже не начиналось, – замечает главный обвинитель.

И это был шах и мат.

Слежу за белым генералом, кусая губы и не понимая, как он из этого выберется.

– Способности её высочества Аянэ Тэры были известны мне задолго до начала соревнований. Я следил за ней с самого её появления в столице: это входит в мои обязанности, – ровным голосом произносит Ро’ун.

– Вы следили за простой служанкой герцогини Даронской? – с пренебрежительной улыбкой уточняет главный обвинитель.

– Я не могу назвать «простой» служанку, способную в темноте прыгать по крышам, а затем спрыгивать прямо на землю – и при этом не ломать своих ног.

Изумленная, продолжаю смотреть на Второго генерала…

Это он. Он встретился мне той ночью! Он засёк моё передвижение и вынудил отказаться от плана обыскать темницы Холодного дворца!

И как до меня раньше не дошло? Ведь он отвечает за безопасность столицы!

И почему я думала, что это был Джай? Или император – пусть это даже звучит неправдоподобно… но манера речи у того незнакомца была слишком непохожа на того Ро’уна, которого я знаю!

И всё-таки это был он.

Полагаю, решение о переносе нашего визита императору Го, вследствие которого мы вынуждены были снимать комнаты в трактире, также принимал именно он.

Не могу сказать, что моё отношение к белому генералу из-за этого изменится, но это открытие было неожиданным, если не сказать больше.

– Это действительно неординарная способность, – с лёгким холодом замечает главный обвинитель, покосившись взглядом на меня.

– Именно поэтому я продолжил следить за ней, – кивает Ро’ун, отчего у меня по спине почему-то начинают бежать мурашки, – и, разместив герцогиню Даронскую в Гостевом дворце, создал условия, при которых смог проверить уровень силы той, что скрывалась под личиной служанки, – продолжает Второй генерал бесстрастно, а у меня от переизбытка эмоций приоткрывается рот.

Это он натравил на меня Сати? Он?

– И чем же закончилась та проверка? – заинтересовавшись, предлагает продолжить главный обвинитель.

– Служанка герцогини Даронской смогла победить мага ветра, – отвечает Ро’ун, – но при этом не навредила её здоровью, доказав, что не является угрозой даже для агрессивных северян. Приём, использованный в тот день её высочеством принцессой Цай, многие могли наблюдать на соревнованиях новобранцев.

– И каким же был ваш следующий шаг? – уточняет главный обвинитель, который сейчас больше напоминал помощника рассказчика, чем сурового вершителя судеб.

Слушаю ответ Ро’уна, ощущая, как тело начинает буквально заряжаться от обиды, злости, унижения и разочарования:

– Я направил в Гостевой дворец Первого генерала для более тщательной проверки способностей цаянки, прибывшей с герцогиней. В столкновении с ним та проявила невозможную для простой смертной выносливость. После этой проверки я счёл нужным доложить Его Величеству о существовании невероятной служанки герцогини Даронской, следствием чего стало появления новобранца Наи в отряде новичков. По пути в казармы я предложил ей произнести стандартную клятву верности перед статуей Макота, но услышал слова брачной клятвы и догадался о личности девушки.