Великая аграрная реформа. От рабства до НЭПа
- Автор: Прудникова Елена Анатольевна, Пучков Дмитрий Юрьевич Goblin
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Питер
- ISBN: 978-5-4461-1367-5
- Жанр: История
Электронная книга - «Великая аграрная реформа. От рабства до НЭПа». Краткое содержание книги:
Советская Россия катилась к полному экономическому коллапсу. И тогда большевики совершили невозможное, проведя невероятную по смелости аграрную реформу. Не осмыслив сути этой реформы и цены, которую наша страна заплатила за то, чтобы вырваться из феодализма, невозможно понять то страшное и великое время.
Корреспондент: И что — под трибунал не пошел?
Е. Прудникова: Может, пошел, а может, и нет. Он вроде бы с ума сошел вскоре… Проблема в том, что военкомами сплошь и рядом служили бывшие царские офицеры, которые в обращении с народом знали только силу. Ну стиль в Российской империи был такой — что тут поделаешь… Штатские большевики — те были хитрые, психологи, они выбирали наиболее эффективные методы, а с солдафона что возьмешь? Но ведь на дворе не 1907 год, а 1919-й, и на силу мужик вполне мог ответить тоже силой — и отвечал, да так, что только клочья летели.
Отсюда мы плавно переходим к третьей причине крестьянских бунтов — беспределу местных властей разного уровня, от сельсоветов до шаставших по селам разнообразных отрядов. Мы уже говорили и о сельской демократии, и о продотрядах подробно, и добавить тут особо нечего. Одни насаждали коммунизм плеткой и револьвером, другие считали, что раз они власть, то вся самогонка, имущество и бабы должны принадлежать им, третьи просто куражились. Вот несколько фрагментов мозаики.
В Березовской волости Саратовской губернии местные коммунисты учинили насилие над женами красноармейцев (известно, солдатка — «мирской человек»). Требования разобраться остались без ответа. И в одну темную ночку всех коммунистов нашли мертвыми.
Корреспондент: А это не расценили как антисоветское восстание?
Е. Прудникова: Насколько я поняла из документов — нет. Насилие у советских не приветствовалось. Помните сцену из романа «Как закалялась сталь», когда командир латышского отряда приказал расстрелять насильников на месте? А его объяснение? «Кровью знамя крашено, а эти — позор всей армии!» А реакцию окружающих? «Крепкий народ эти латыши, кремневой породы». Ни о каком трибунале за самоуправство и речи не было. Чекисты тоже могли считать, что «эти — позор советской власти».
Корреспондент: Могли и не считать.
Е. Прудникова: Однозначно. Тут как повезет. Далее. В некоем селе Вороновке председатель исполкома напился, приказал запрячь пару лошадей и катался по селу, стреляя из револьвера и винтовки, при этом кричал: «Я есть царь и Бог». И не один он был такой.
В Самарской губернии некто Дрогойченков, известный всей округе уголовник, организовал сельский комитет из таких же, каков был сам, и начал под видом сбора налогов грабить местное население.
В селе Чурашево, напившись на свадьбе, один из членов волостного Совета запряг в санки четырех баб, надев на них хомуты, и начал объезжать на этом «экипаже» село.
Корреспондент: А «декрет о национализации женщин» — это тоже низовая инициатива?
Е. Прудникова: Сам «декрет» — это известный прикол анархистов. Но в селе Медяны, что в Симбирской губернии, комбед ввел национализацию женщин явочным порядком, забирая приглянувшихся себе или отдавая приятелям. О чем местные крестьяне даже телеграфировали Ленину. Вождь велел Симбирскому губисполкому «наказать мерзавцев сурово и быстро», правда не уточнив, как именно. Как видим, и такой факт имел место…
Корреспондент: И долго ли крестьяне терпели такое обращение?
Е. Прудникова: По-разному… Но за такое обычно били или убивали самих «советских», дальше дело не шло. Потом приходили чекисты, разбирались так или иначе, и на этом все завершалось. Для восстания нужна организующая сила, и здесь даже кулаки не очень годятся, требуются люди, имеющие опыт работы с массами.
Корреспондент: То есть эсеры?
Е. Прудникова: Не обязательно. Могли подсуетиться и анархисты, и члены мелких партий. Но они обеспечивали общее руководство, а практическую организацию обычно осуществляли бывшие офицеры, благо их по стране гуляло множество. По-моему, около двадцати процентов офицеров царской армии так и не примкнули ни к красным, ни к белым, растворились на российских просторах. Среди них было достаточно вольноопределяющихся из кулаков и сельской интеллигенции, для которых интересы сельской верхушки — кровное дело. А воевать и создавать вооруженные отряды они умели.
Антибольшевистские восстания в 1918–1920 годах вспыхивали повсеместно. Кроме уже упоминавшегося Тюменского, колоссальное восстание охватило Поволжье — в нем участвовали от 100 до 150 тысяч крестьян. Лозунги у них были характерные для того времени: «Долой коммунистов и коммуну!», «Долой жидов!», «Да здравствует советская власть на платформе Октябрьской революции!»
Корреспондент: Это как? Против коммунистов и за революцию?
Е. Прудникова: Помните фильм «Чапаев»? Там крестьяне задают Чапаеву вопрос: «Ты за большевиков или за коммунистов?» В те времена, когда мы смотрели этот фильм, вопрос вызывал улыбку: надо же, мужички не знали, что большевики и коммунисты — одно и то же! И зрители удивлялись, почему Чапаев ответил так заковыристо: мол, он за Интернационал. Почему не объяснил, что большевики и есть коммунисты?