Летняя гроза в Молнегорске (СИ)

- Зачем кому-то это делать? – пробормотал я, чувствуя, как у меня пересыхает в горле.

- Причины у каждого разные.

Зеленые глаза Марички сузились и потемнели. Она нахмурилась.

- Уничтожая прошлое, можно стереть какие-то события или поступки. Можно исправить старые ошибки и наделать кучу новых. Правда, это кажется заманчивым только на первый взгляд. Ритуал поворота времени - это страшное оружие, и его проведение не под силу обычному человеку. Даже не каждый особенный может его выдержать. Даже я.

- А кто тогда может?

Я сам не понял, зачем задал этот вопрос. Ответ на него пугал меня даже сильнее, чем разговор про грозу. Но было уже поздно, Маричка начала говорить.

- Я думаю, что только…

Она неожиданно осеклась и вздрогнула. Ее глаза удивленно расширились.

- Не может быть! – выдохнула девушка. Она резко шагнула вперед, обошла меня и остановилась, напряженно вглядываясь в густые заросли, скрывающие ступеньки, по которым мы сюда пришли.

- Что?

Я обернулся, но ничего не услышал. Маричка молча смотрела вперед, перед собой. Она слышала что-то, что не мог расслышать я, и продолжала смотреть на вход в подвал, явно ожидая гостей. Может, это придурочный Мит очнулся и решил попросить тумаков в качестве добавки?

Я услышал шаги, когда они раздавались уже совсем близко. В самую последнюю минуту я понял, что к нам приближается вовсе не Мит, а потом зеленые ветви качнулись, пропуская высокую фигуру. В подвал зашел тот, кого я хотел видеть здесь меньше всего. Это был Асталин.

Он направился к нам, меняясь на глазах. Это было похоже на то, что произошло с локонами Марички несколько минут назад, но было гораздо хуже. Волосы начальника тоже росли и быстро достигли до плеч, а в его глазах появился жуткий красный отблеск. Он шел медленно, но каждое его движение было неуловимо легким и точным, как у зверя. Это был уже не человек, и от одного взгляда на него кровь стыла у меня в жилах.

- У тебя слабая защита, лешачка, - презрительно сказал Асталин, когда достиг середины подвала и остановил свой взгляд на Маричке.

- Для тебя – да.

Девушка вздрогнула. Я чувствовал исходящие от нее волны отвращения и гнева. Казалось, что даже ее длинные волосы слегка потрескивают от напряжения.

- Потому что ты…

Она хотела что-то сказать, но внезапно осеклась на полуслове. Ее голова запрокинулась, а плечи судорожно дернулись. Девушка всхлипнула и начала хрипеть, словно ей не хватало воздуха.

- Много болтаешь, - холодно бросил Асталин. Он держал правую руку вытянутой и медленно сжимал пальцы, как будто душил маленького невидимого зверька.

- Перестаньте!

Я заставил себя шагнуть вперед, хотя больше всего мне хотелось сейчас оказаться за сотни километров отсюда. Я боялся его. Боялся гораздо сильнее, чем тогда, на озере.

- Вы же не за ней пришли, а за мной. Отпустите Маричку.

Начальник повернулся. Посмотрев на меня, он улыбнулся своей обычной невозмутимой улыбкой, отчего красные искры в его глазах, казалось, стали еще ярче.

- Как скажешь.

Он убрал руку, и Маричка упала. Я смотрел, как она рухнула на зеленый мох, и мог думать только об одном. Кем надо быть, чтобы оказаться сильнее двухсотлетней лешей?

- Нехорошо запускать работу, Даня, - спокойно сказал начальник, и меня передернуло. Он еще никогда не называл меня «Даней», и в его устах это прозвучало ужасно. Особенно сейчас. – Пришлось тебя разыскивать.

- Мой итоговый отчет уже готов. Он лежит у меня в кабинете. Завтра бы я его сдал.

Я тоже старался казаться спокойным. Даже когда нес всю эту чушь про отчет. А что еще мне оставалось? Пожалуй, только одно.

- Что произошло во время грозы? – чужим голосом произнес я.

- О чем ты?

Начальник даже не дрогнул. Только красно-коричневые глаза стали чуть темнее.

- Вы изменили время? Провели этот чертов ритуал, ведь так?

- С чего ты взял?

- Да потому что вы можете! – я не сдержался и сорвался на крик. - Зачем вы это сделали?

Он опять усмехнулся. И опять стал почти обычным. На какую-то минуту я увидел его таким как раньше. Передо мной стоял Андрей Александрович Асталин. Глава Института Сотрудничества города Молнегорска. Мой начальник и мое наказание неизвестно за какие грехи.

- Я сделал это из-за тебя, - сказал он.

- Нет.

Я попятился и начал медленно отступать к стене, пока не уперся спиной в плотные заросли. Его слова ударили меня прямо по голове, проникли под череп и теперь стучали в мозгу. Я всячески отторгал их и пытался прогнать. Может быть, потому что ждал их еще до того, как они были произнесены.