Четыре дня в начале года тигра
- Автор: Хоакин Ник (Никомедес)
- Год: 1992
- Язык: русский
- ISBN: 5-02-017006-2
- Переводчик: И. В. Подберезский
- Жанр: Путешествия и география
Электронная книга - «Четыре дня в начале года тигра». Краткое содержание книги:
В самом деле?
— Ну да! Мы поехали по магазинам. — Глория делает примасу. — Мне все уши прожужжали, что там можно купить хорошие купальные костюмы. А тут — наку![56] —мы ходили из магазина в магазин, искали купальник, и я не нашла ничего подходящего!
А как себя чувствует мистер Диас, ставший отцом «мисс Вселенной»?
— Никак, — говорит мистер Диас. — Только устал напоминать ей о ею же назначенных встречах.
Глория вернулась домой в среду на прошлой неделе, и ей был оказан триумфальный прием. Встречали мэры Макати, Кесон-Сити и Параньяке, где живет семья Диасов. Воссецая на троне в открытой машине, с короной на голове и костюме-тройке от Эрни Арандиа, она проехала через Бакларан и вниз по бульвару, где напротив «Шератона» кавалькада остановилась, и в машину к Глории поднялся вице-президент Лопес — поздравить вторую филиппинку, завоевавшую корону на международном конкурсе красоты.
Вдоль пути следования люди ждали с самого утра. Они тысячами толпились на бульваре и на площади Лунета, заполнили проезд к зданию Конгресса, бежали рядом с машиной по площади Лоутона, с воплями и криками сопровождали ее по мосту Джонса и напрочь заблокировали Эскольту, где конфетти и серпантин дождем хлынули на кортеж. Машина Глории дюйм за дюймом продвигалась вперед, останавливалась, снова двигалась, опять застревала — казалось, теперь уже навсегда, — тогда машину начали толкать галантные поклонники, и толкали до самого дворца — в знак преклонения перед девушкой, принесшей стране такую славу.
— О, это было великолепно, — рассказывает о возвращении Глория. — Никогда в жизни не видела столько филиппинцев, представляете? Я знала, что будет толпа, но чтобы такая…
А она была такая, что триумфальный путь Глории ко дворцу занял пять часов — с восьми утра до часу дня.
Во дворце ее приветствовала первая леди. «Мы все гордимся вами», — сказала миссис Маркос и преподнесла Глории переплетенный альбом газетных вырезок «о мисс Вселенной».
— С президентом я разговаривала совсем недолго, — продолжает Глория. — Он был очень занят, к тому же там было так много народу. Он уделил мне всего несколько минут. Я сказала: благодарю за теплый прием. А потом меня отвели в столовую — я призналась, что страшно голодна. Я ведь не завтракала и не обедала. Мы должны были ехать на обед в «Хилтон», но меня уговорили перекусить. Госпожа Маркос дала великолепный огромный банан, и еще я съела манго. В.газетах писали, что у меня были какие-то секреты с миссис Маркос, но это не так. Люди ждали снаружи и, наверное, думали, чем это мы там занимаемся, а мы всего лишь ели бананы, представляете?
В конце концов она попала домой, но и там не могла укрыться от толпы. Возле дома Диасов в Параньяке тоже было множество встречающих… Она обещала самой себе день хорошего отдыха — может, понежиться на пляже в Баванге, где у них есть пляжный домик. Но на следующий день, когда они прилетели в Ла-Уньон, родную провинцию ее отца, все, начиная с губернатора, были в аэропорту, и опять они пробивались через ликующие толпы, которые приветствовали прекраснейшую дочь Илокандии. Она возложила венок к памятнику Рисалю, в муниципалитете ей вручили ключи от провинции, потом она на короткое время заехала к родственникам, в дом дяди, поцеловать бабушку. А там снова в путь, в Арингай, родной город отца, где продолжались приветствия. До Баванга добрались уже после четырех, и снова восторженная встреча (обед — только после всего этого!).
Понежиться на пляже… Ха!
А 7 августа ее снова ждали в Майами — надо было отправляться в путешествие по множеству стран. Начиная с Бразилии.
Короткая педеля дома показала, насколько изменилась ее жизнь. Она любит танцевать, но какие уж теперь танцы. Волынщик, которому платят за музыку, не играет для собственного удовольствия.
— Прежде я никогда не упускала случая потанцевать, теперь это выпадает редко, потому что мы вечно спешим на какие-то торжественные обеды, где не бывает оркестров. Все очень официально, и танцевать приходится только с президентами и высокопоставленными лицами.
Она, привыкшая висеть на телефоне, только сейчас, во время пребывания дома, поняла, какое это счастье — услышать: «О Боже, у нас испортился телефон!»
Даже дома не все как прежде.
— Я переделала свою комнату, поставила новую мебель, очень элегантную. А в остальном все по-старому. И для своих никакая я не «мисс Вселенная», хотя они-то это чувствуют больше, чем я.
Прощай — на время? — сладкая праздность юности.
— Очень часто приходится себя переламывать, личного времени нет — разве что в ванной. Только причешешься — и начинается гонка! Вечная спешка!
Что будет, когда кончится ее королевский год, этого она пока не знает.
— Может, пойду учиться, но не обязательно в колледже; надо бы сосредоточиться на чем-то одном. Понемногу обо всем — не мой принцип, я предпочитаю знать все о чем-то одном.
Представление о том, каким будет этот год ее царствования, у нее есть.
— Вы понимаете, когда ты — «мисс Вселенная», все о тебе заботятся, все идут тебе навстречу. Но зато мало контактов с людьми твоего возраста, твоих устремлений. Одни президенты, официальные лица — люди разные, но все старые, и все такие выдающиеся. Конечно, льстит, но это не так уж интересно.
Вот память останется на долгие годы, а это интересно.
— Везде принимают по высшему разряду. Афиши, люди заглядывают в машину, чтобы взглянуть на тебя, всюду фотографируют. На машине написано: «мисс Вселенная» — поэтому все пропускают. Правда, награды и приемы когда-нибудь кончатся. Но вспомнить будет приятно: когда-то с тобой обращались, как со знаменитостью. Нет, это, конечно, доставляет удовольствие. Я даже в старости буду вспоминать об этом. Понимаете, когда ты за границей, о тебе не думают как о девушке, выигравшей приз в десять тысяч долларов, или норковое манто, или еще что-нибудь в этом роде. Думают о стране, откуда ты родом, так что слава достается родине. Все говорят о Филиппинах, не о «мисс Вселенной».
Итак, год ее царствования не будет просто годом отбывания повинности, это будет «сочетание полезного с приятным». Корона тяжела, но иногда ее можно-снять, и тогда мисс Вселенная сможет осуществить мечту юной Глории Диас: у нее есть ковер-самолет, на котором можно летать в далекие чудесные места, в любой уголок мира, даже Вселенной.
А это, как вы понимаете, совсем неплохо.
БРАТ МАНАЛО ИЗ ИГЛЕСИИ
© 1977 by Nick Joaquin
Брат Манало — так его называет эта церковь, никогда не именуя епископом, — в феврале почувствовал, что и он смертен. В прошлом году у него уже были слабые боли в животе, но медицинское освидетельствование в августе не обнаружило никаких нарушений. А в феврале эти боли усилились, возникли трудности с опорожнением кишечника.
Его еще раз обследовали в больнице св. Луки — рентгеновские снимки показали инфильтрат и кишечную непроходимость. Рекомендовали операцию. Но перед операцией нужно очистить пищеварительный тракт; а поскольку сам он этого сделать не мог, было предложено применить сложные приспособления и вывести содержимое желудка через нос. Старик отверг саму идею и вернулся домой.
Боли не стихали, но он не велел посылать за врачами. Домашним сказал: «Вылечить можно живого, умирающего уже не излечишь».
Он продолжал работать, вставал в обычное время — в три утра, готовил тексты ежедневных богослужений для своей церкви. У него была цель: унифицировать службу; и уж по меньшей мере для Лусона это оказалось возможным: каждая община Иглесии еженедельно отправляла одно и то же богослужение, слово в слово. Часовни в далеких южных районах, особенно на Минданао, случалось, отставали от Лусона месяца на три, но рано или поздно все общины Иглесии по всей стране отправляли службу по чину, составленному и предписанному братом Манало.
56
Мамочка! (тагальск.)