Судьба «румынского золота» в России 1916–2020. Очерки истории [litres]

Конференция в Вене закончилась безрезультатно. 8 апреля 1924 г. заместитель наркома иностранных дел СССР М.М. Литвинов заявил представителям печати, что «установлению нормальных отношений между Союзом Советских Социалистических Республик и Румынией препятствуют не денежные вопросы, а исключительно насильственный захват Бессарабии»[359]. Румынское правительство знало, – отметил он —, что «мы едем в Вену не ради урегулирования взаимных денежных претензий и получения причитающегося нам сальдо приблизительно в 1 млрд золотых лей»[360]. Таким образом, Литвинов, основываясь на данных работы комиссий по определению румынского долга, проведённой в 19201921 гг., считал, что при взаиморасчёте за долги, накопившиеся за годы Первой мировой войны, за захват российского имущества на Румынском фронте и в оккупированной Бессарабии Румыния должна была Советской России/Советскому Союзу около 1 млн золотых руб.[361]

Между тем российское имущество, находившееся в Румынии, начало распродаваться. По информации, поступившей летом 1928 г., на аукцион в румынском городе Галаце было выставлено имущество, принадлежавшее в свое время русской армии, а также 200 пароходов, буксиров и других судов и судовое имущество бывшей фирмы «Русско-Дунайское пароходное общество», капитал которой принадлежал Российскому государству. Возмущённый этим фактом Чичерин направил в МИД Румынии телеграмму протеста. В ней отмечалось, что, согласно общепринятым юридическим положениям, указанное имущество неоспоримо принадлежит СССР. Поэтому советское правительство рассматривает это имущество как находящееся в депозите румынского правительства вплоть до урегулирования отношений сторон. Чичерин напоминал об обращении советского правительства от 18 августа 1921 г. к правительствам других стран, в том числе и к румынскому, с предупреждением, что советская сторона не признает ни одной сделки на своё имущество, совершённой без его согласия. Правительство Союза ССР, указал Чичерин, «категорически протестуя против распродажи этого имущества Союза, возлагает на румынское правительство ответственность за нанесённый Советскому правительству ущерб». Более того, оно заявляет, что «предпринятая румынским правительством продажа принадлежащего СССР имущества даёт основание Советскому правительству выдвинуть вопрос о применении в отношении румынского имущества, находящегося в распоряжении советского правительства, аналогичных мероприятий»[362].