Ковид и постковид. Микроэлементы и витамины для защиты и восстановления здоровья

В ЦАРСКОЙ РОССИИ В 1808 ГОДУ ОТ ОСПЫ ПРИВИЛИ ПОЧТИ 300 ТЫСЯЧ ДЕТЕЙ, ИЗ ЭТОГО ЧИСЛА БОЛЕЕ ТРЕТИ БЫЛИ ПРИВИТЫ ЗА ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СЧЕТ.

В те годы оспа действительно была самой страшной болезнью. От нее умирал каждый седьмой ребенок. В течение года смертность могла доходить до 400 тысяч человек. Люди умирали, но вместе с тем существовало огромное количество антипрививочников. И если чиновников и духовенство можно было заставить привиться, то простой народ игнорировал вакцинацию и выступал против нее. Поэтому смертность от оспы среди бедных людей была значительно выше, чем среди богатых. Знакомая ситуация, не правда ли? Напоминает сегодняшние дни.

Только при Александре II вакцинация получила повсеместное распространение и дальнейшее научное развитие. Это произошло потому, что император ввел стандартные свидетельства прививки от оспы на гербовой бумаге, и люди начали прививаться активнее. Но закон «об обязательном оспопрививании» приняли лишь в 1908 году. После чего в европейской части России начала проводиться общая вакцинация за счет государства. Следующий виток эволюции вакцинопрофилактики пришелся на 20-е годы XX века, когда советская власть в 1919 году железной рукой внедрила в жизнь декрет «Об обязательном оспопрививании», а следом в 1921 году по всей России было создано более 10 микробиологических институтов. Оспа была побеждена, а вскоре с помощью обязательной вакцинации мы забыли о существовании таких страшных заболеваний, как чума, тиф, полиомиелит, сибирская язва. Тогда же в Москве на базе частной клиники создали Центральный бактериологический институт, который сейчас называется Национальный исследовательский центр эпидемиологии и микробиологии имени Н. Ф. Гамалеи.

Советский Союз, а теперь Россия – лучшие в разработке вакцин практически от всех инфекционных заболеваний.

В конце эпохи СССР профилактика инфекций была под жестким контролем, но в период разброда и шатания 1990–2000-х гг. ситуация ухудшилась – по всей стране отмечали новые вспышки различных заболеваний от дифтерии до кори. Тем не менее наша страна с ними справилась, потому что у наших микробиологов, инфекционистов, вирусологов глубокие знания, полученные благодаря 100-летнему существованию российской эпидемиологии.

Но вакцина – не панацея!

Учеными давно доказано, что универсальных методов профилактики и ликвидации инфекционных, паразитарных заболеваний не существует, потому успешность профилактических мер зависит от многих факторов:

• уровня жизни и культуры населения;

• бюджета государства;

• доступности медицинской помощи;

• образованности населения;

• вовлеченности людей в коллективные процессы и т. д.

Принято думать, что в первую очередь жертвами любых инфекций становятся социально незащищенные слои населения. Болезни цеплялись за бедных, потому что у многих из них критически низкий иммунитет из-за плохих условий проживания, недостаточного питания и невозможности лечиться. Сегодня для инфекций нет социального статуса, они пристают ко всем, даже тем, у кого иммунитет просто ослаблен. В начале книги я уже объяснял, что вирусы быстро мутируют, а экология лучше не становится, к тому же до поры до времени мы не задумываемся о своем здоровье, а организму надо помогать.

Когда мне задают вопрос: «Как лучше укреплять иммунитет – вакциной или здоровым образом жизни?» – я отвечаю: «Нужно делать и то и другое». И сейчас объясню почему.

Вакцинация, безусловно, эффективна – это быстрый путь к повышению иммунитета по отношению к возбудителю болезни. Огромный плюс вакцинации в том, что она может быть проведена в короткий срок. Но население вакцинироваться не торопится, что отчасти понятно. В обществе грамотных людей, которые, как правило, меньше поддаются панике, осторожный подход к вакцинации обусловлен попыткой анализировать поступающую информацию и на ее основе делать выбор. Как показывают результаты социологических опросов, основная причина воздержания от прививки связана с недоверием к быстрому изобретению вакцины. Люди боятся тяжелых осложнений, и винить их в этом нельзя, потому что в истории лекарственных препаратов подобное случалось неоднократно. Вспомним хотя бы талидомид – снотворный препарат, выпущенный в ФРГ в 1957 году, прием которого привел к появлению огромного числа детей с врожденными уродствами. Так вот, быстрый темп внедрения и регистрации вакцины вызывает недоумение у части населения: «Как можно так легко согласиться на вмешательство в иммунную систему, если препарат недостаточно хорошо апробирован и изучен?» На самом деле вакцины не создаются за один день из ничего, они разрабатываются на основе других подобных вакцин и наработанных годами научных исследований.