Королевский двор Франции в эпоху Возрождения

2.4. Коронные должности и главные службы дома короля

Коронные придворные должности, таким образом, также были выстроены в иерархическом порядке, что, правда, не всегда соответствовало реальному доходу и фактическому влиянию, властным возможностям того или иного лица, и приводило к формированию конкурентного поля при дворе. Существующая субординация в рамках структуры двора не всегда предполагала степень близости к королевской персоне и соответствующие ей блага. Франциск I и Генрих II вели при дворе и со своим двором сложную, многообразную и многоходовую кадровую игру, не позволяя по мере возможности усиливаться какой-либо партии или группе придворных, лавируя между ними, используя в своих интересах противоречия и манипулируя милостями, в зависимости от обстоятельств. Такая политика вела, как отмечалось, к росту соперничества между знатнейшими семьями королевства.

Так, самым высокооплачиваемым сеньором Франции с годовым жалованьем 18 тысяч турских ливров являлся герцог Клод де Гиз-Лотарингский (1496–1550), занимавший придворные посты Главного камергера, Главного распорядителя волчьей охоты короля (Grand veneur) и одновременно исполнявший должность губернатора Бургундии, являвшийся носителем коронного чина[366]. Благодаря своему влиянию, он сумел обеспечить сыновьям, помимо права наследования своих постов, обретение двух из трех придворных коронных должностей (Главного распорядителя двора, отобранную у Франсуа де Монморанси в 1559 г., и Главного камергера), превратив свою семью в третью по значимости во Франции, после царствующих Валуа и принцев крови Бурбонов[367]. Уже при Франциске I ему значительно уступал в доходах его главный политический конкурент, барон Анн де Монморанси, Главный распорядитель французского двора, с жалованьем в 12 тысяч ливров. Жалованье остальных носителей ключевых придворных и государственных чинов, в том числе коронных, колебалось от нескольких сот ливров до нескольких тысяч, меняясь от царствования к царствованию[368]. Придворные нижестоящих должностных ступеней обычно получали от 200 до 1500 ливров, что не покрывало их расходов на пребывание при короле. Несмотря на это, судя по всему, итоговые затраты на двор были огромными: венецианский посланник Марино Джустиниано (Marino Guistiniano) приводит следующие цифры (1537): из 5 550 000 турских ливров годовых доходов всей страны 1 500 000 расходовалось только на двор[369].