Чтецы [litres]

Дун Цин: То есть никаких проявлений заботы, вопросов о здоровье, долгих семейных разговоров по телефону?

Лю Чжэньюнь: Мне кажется, что внешние проявления заботы – это в основном пустые слова.

Дун Цин: Но иногда в семье надо говорить и пустые слова. Разве родные, встречаясь за столом, день за днем говорят только о работе? Обсуждают отчеты?

Лю Чжэньюнь: Нет, о работе мы не говорим. Мы обсуждаем, почему она делает так или по-другому и что за этим стоит, какова ее логика. Если с этим понятно, то и вопросов нет. (Аплодисменты.)

Дун Цин: Это аплодируют те, кому нравится логика.

Лю Чжэньюнь: Те, кто в университете учился. (Смех в зале, аплодисменты.) Например, она, уходя куда-нибудь, говорит: «Папа, я пошла». Я отвечаю: «Давай». Тогда она спрашивает: «Ты ничего не хочешь сказать?» Я говорю: «Во-первых, будь осторожна. Когда идешь по улице, не смотри в телефон». Она отвечает: «Так точно». Вот и всё.

Дун Цин: Значит, вы всё-таки беспокоитесь, когда она уходит… А раньше, пока она не поехала одна в Америку учиться, вы беспокоились?

Лю Чжэньюнь: Нет. Я думаю, что самая настоящая забота о ком-нибудь – это не заботиться совсем. Например, родитель ведет ребенка в школу, доводит до порога, воспитывает – обязательно хорошо учись, слушайся учителя, задавай вопросы на уроках… Это всё пустая болтовня. На самом деле родители, когда так говорят, ведут себя крайне эгоистично: «Я сказал то, что должен, на мне ответственности больше нет, остальное – твоя забота».

Когда Юйлинь была маленькой, я сказал ей такую вещь. Неважно, отвечаешь ли ты на экзамене или делаешь домашнее задание: если не знаешь, как решить, – брось, не делай. Всё равно получится неправильно. Лучше как следует реши те задачи, которые знаешь, как решать. И твоя оценка точно не будет низкой. Все мы ошибаемся в мелочах. Ошибки в мелочах – это когда мы не делаем хорошо то, что по-настоящему умеем.

Дун Цин: Наша сегодняшняя тема – «Впервые». Когда вы начали писать?

Лю Чжэньюнь: Когда поступил в университет.

Дун Цин: Где было опубликовано первое произведение?

Лю Чжэньюнь: В издательстве «Аньхуэй вэньсюе» – «Литература Аньхоя».

Дун Цин: Каким был первый гонорар?

Лю Чжэньюнь: Ну, семьдесят с лишним юаней, наверное.

Дун Цин: И как вы его потратили?

Лю Чжэньюнь: Пригласил девушку в ресторан.

Дун Цин: Это сейчас ваша жена?

Лю Чжэньюнь: Да.

Дун Цин: Я читала об этом в какой-то статье – кажется, ваша жена рассказывала, что она тогда подумала: «Надо же, такой скряга – и пригласил в ресторан!»

Лю Чжэньюнь: Когда у меня еще не было этих семидесяти с лишним юаней, я как-то предложил ей вместе поужинать, и она согласилась. Я сказал, что мы пойдем в ресторан западной кухни, и она ответила: «О! Хорошо!» Мы поели, наверное, на десять с чем-то юаней, а потом я и говорю: «Знаешь, у меня нет с собой денег». (Смех в зале.)