Голоса Варшавского гетто. Мы пишем нашу историю [litres]

2 декабря 1941 года

«Царство Израиля» было волшебным лозунгом ревизионистов. Но если бы те, кто издавали этот чарующий крик – «Царство Израиля!», – знали, как его воплотят для евреев Польши разные шмендрики[117] из борделей, дорвавшиеся до власти, не начертали бы этот девиз на своих стягах даже ради пропаганды. Нацисты, желающие опозорить нас перед всем миром, показать всем, что мы подлецы, лишенные всякой культуры, даровали нам широкую «автономию», за малым не «государство». Они пожаловали нам эту «привилегию», рассчитывая доказать, что мы не способны быть сами себе хозяевами, продемонстрировать нашу испорченность, наше гнилое нутро, коренящееся в нас стремление обманывать даже своих собратьев, собратьев не только по религии и по крови, но и по горю и невзгодам.

Правда, нам пожаловали карикатуру на автономию, и не от великой любви – скорее, от великой ненависти; суть этой автономии заключается в том, чтобы разобщить еврейский народ, подорвать основу нашего материального и духовного бытия, ограничить нашу свободу, обречь нас на медленную смерть. По сути, эта автономия – не более чем мертворожденный ребенок, которому уже не расти и не цвести, нежизнеспособный административный и политический организм, лишенный внутренних сил. Судя по принципам и основам, эта автономия сродни «самоуправлению», какое бывает у заключенных в тюрьме: одних повесят, других ждет унизительная смерть от истощения. Это известно всем.

И все-таки – ах, если бы мы сумели стать братьями не только по крови и религии, но и по страданию. Будь мы и правда единым народом, по крайней мере, во время жестоких гонений, которые грозят вычеркнуть нас из мира живых, мы воспользовались бы этим средством под названием «автономия» (т. е. гетто), дабы облегчить свои страдания, смягчить чудовищные условия гетто. Ведь, в конце концов, всё управление в наших руках, и мы имеем право придавать ему такую внутреннюю форму, какую пожелаем. Но именно в этом смысле мы оказались банкротами. Без преувеличения я могу назвать тех, кто нами правит, властью зла, бандой негодяев, убийцами бедных, притеснителями нуждающихся, подельниками злодеев и нечестивцев; у каждого из них темное прошлое, и по сути своей они просто преступники, которых пока не отдали под суд. При одном лишь упоминании слова «правители» (т. е. юденрат) кровь закипает от бессильного гнева и сжимаются кулаки. Правители стали символами тирании и несправедливости, вожди – воплощением бандитов и негодяев.