Полководец улицы. Повесть о Ене Ландлере
- Автор: Фёльдеш Петер
- Год: 1977
- Язык: русский
- Год: Издательство политической литературы
- Переводчик: Нина Марковна Подземская
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Полководец улицы. Повесть о Ене Ландлере». Краткое содержание книги:
С балкона они приветствовали народ, махали и махали руками. И люди, проходя сплоченными рядами по улице, тоже горячо приветствовали руководителей Советской республики. Чествовали всех их поименно, поднимали плакаты, выкрикивали лозунги. Ландлер никогда не был так сильно растроган; он то и дело вытирал стекла очков. Майский порывистый ветер, золотистый солнечный свет, запах сирени, бездна оттенков красного цвета развевающихся повсюду полотнищ, всеобщее торжество — все это потрясло его, вошло в плоть и кровь, запомнилось на всю жизнь. И тем больней ощущалась сейчас тревога, угроза опасности.
Они пообедали в клубе. В празднично убранном зале, за нарядным столом, под огромными портретами Маркса и Ленина. Ели лишь то, что в нынешних трудных условиях могло стоять на столе во всякой рабочей семье. К праздничному обеду подали кусочек мяса с несколькими картофелинами. Вместо торта Илона и Бёже угощались фруктовыми вафлями, запивая их «черным» кофе, то есть желудевым кофе на сахарине, который подавали во всех кафе. Да есть ли другая страна на свете, не считая, конечно, Советской России, где уровень жизни пролетариата — мерило для руководителей государства? По одежке протягивай ножки, живи как скромный человек из народа, а потом, когда страна станет на ноги, ты тоже постепенно вместе со всеми заживешь лучше. Разве можно назвать социалистом того, кто осмелится утверждать, что эта власть не удержится, не способна долго удержаться?
Сегодня Илона, жена наркома, не надела на шею тоненькую золотую цепочку. И правильно сделала: нет ничего красивей ее отливающих бронзой волос, хрупкого изящества, счастливой улыбки.
Тринадцатилетняя Бёже на всю жизнь запомнит впечатления этого первомайского праздника; еще ребенком видела она грозно протестующих участников бурных воскресных митингов в тесных харчевнях, а теперь они вышли с ликованием на улицы свободного города.
И сам Ландлер, сорокачетырехлетний, немало испытавший на своем веку человек, мог убедиться, что его посевы взошли. Сбылось то, за что боролся долгие годы, с самой юности.
Со студенческой скамьи он был противником Габсбургов, сторонником революции и страстно желал, чтобы страна его стала поистине независимой и демократической. Ио и тогда это уже не удовлетворяло ни страну, ни его самого. Стоя во главе нелегального движения железнодорожников, лишенных права создавать свою политическую организацию, он, социалист с пятнадцатилетним стажем, с особым вниманием следил за поучительными событиями в России в октябре 1917 года. С тех пор целью его жизни стала борьба за пролетарскую революцию. В октябре не случайно его отстранили: буржуазная демократия и он были несовместимы; Ландлер отказался тогда от предложенного ему государственного поста. Он вывел железнодорожников на дорогу свободы и по-прежнему руководил левым крылом социал-демократической партии.
Он боролся за более широкую и полную революцию, но иначе, чем его товарищи-коммунисты, создавшие в ноябре 1918 года свою партию по инициативе возвратившихся из Советской России коммунистов.
Многие из них смотрели на него с удивлением, некоторые ставили ему в упрек, что он, стремясь к той же цели, не идет по их пути. А он, откликнувшись в октябрьские дни на призыв Белы Куна из Москвы, не перешел потом в коммунистическую партию, хотя и не чуждался ее, как многие социалисты из канцелярии и Совета солдат. Его непосредственная деятельность открывала перед ним иной путь, ставила другие задачи.
Народное восстание привело к буржуазно-демократической революции; после сформирования буржуазного правительства, демагогически назвавшего себя «народным», недовольные половинчатым решением трудящиеся массы необычайно быстро полевели. Но старые рабочие еще сохраняли веру в прославленные в прошлых боях имена руководителей социал-демократической партии. Ланд-лер считал, что в ходе событий реформисты непременно разоблачат себя и рано или поздно их изгонят из своих рядов революционно настроенные социал-демократы. А если бы левое крыло вышло из партии, то из-за реформистского руководства она превратилась бы в малочисленную правую рабочую партию, — произошел бы окончательный раскол.