Обещанная демону
- Автор: Фрес Константин
- Серия: Ангелы и Демоны (Фрес) #1
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Любимым читателям
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Обещанная демону». Краткое содержание книги:
– Эрвин, – пробормотала она, растерянная. – Отец… он обезумел… не надо его убивать, это просто наперсток на него так действует… Его можно спасти, догнать и отнять у него эту вещь…
Она лепетала еще какие-то оправдания, выгораживая отца, а Эрвин смотрел на нее неотрывно, сверху вниз, и его сила клокотала, разрезаемая быстрыми синими молниями.
– Нет, – сказал он, наконец, разжав плотно сомкнутые губы. – Это не наперсток. Это его сознательный выбор. Он всегда стремился к этому. Он всегда знал, что с ним будет. И принял магию наперстка.
Глаза Эрвина стали темными, как черные сапфиры, он упрямо мотнул головой.
– Но почему, – с досадой в голосе произнес он, и его голос многократно повторился в грохоте грома, – ты волнуешься об этом негодяе и мошеннике, который без зазрения совести хотел сделать тебя воровкой, больше, чем о нас с тобой?! Больше, – его голос стал тихим и печальным, – чем обо… мне?
– О нас? – повторила Элиза, растерянная. – О тебе?
– Я все знаю, – прорычал Эрвин гневно, сжимая кулаки. Гром грохнул, превращаясь в его голос. – Неужели ты подумала, что я… не почувствовал бы?
Он оказался близко, пугающе и волнующе близко, обдав Элизу своей зловещей мощью, словно порывом сильного ветра.
– Почувствовал что? – испуганная, спросила Элиза, чувствуя, как его ладони вкрадчиво поглаживают ее плечи, так, что совершенно непонятно, чем обернется следующее движение мужчины – нежной лаской или хлесткой пощечиной. Но отчего-то от этих прикосновений словно колючие искры пробежали по коже девушки, жар охватил ее, в груди стало горячо, невыносимо горячо, словно Эрвин коснулся ладонями ее сердца.
– Ты позволяла себя целовать! – грозно выдохнул Эрвин, сжимая ее плечи до боли и привлекая девушку к себе словно самое дорогое свое сокровище. То, что хочется схватить, сжать, измять, растворив в себе без остатка. То, с чем хочется слиться в единое целое. То, чем хочется жить и дышать.
– Почему ты так легкомысленно отнеслась к собственной предназначенности?! – простонал Эрвин. Он очень хотел быть строгим, грозным, пугающим. Он хотел, чтобы Элиза трепетала от ужаса, но его прикосновения были мягкими, словно мед. – Почему ты не подумала обо мне?! Каждый твой вздох, каждый взгляд, каждое твое прикосновение к другому я ощущаю как ожог, как удар по лицу, как остро отточенное лезвие, снимающее кожу с моих губ! Он целовал тебя! Не смей мне лгать, я знаю – он целовал тебя, и ты отвечала ему взаимностью! Ты позволила ему касаться тебя, ты даже позабыла обо мне в тот миг!
– Но Эрвин, – выдохнула Элиза, чувствуя, как его руки сминают ее одежду и рвут – с треском раздирают кружева, крепкую шнуровку корсажа. – Я даже понять ничего не успела тогда…
– Не успела понять! – рыкнул Эрвин, сдирая с ее плеч платье и оставляя на ее коже крепкий поцелуй, болезненный укус, от которого тело Элизы словно пронзило ледяным лезвием до самого сердца. – Не успела понять, что надо врезать ему крепкую оплеуху, но успела понять, что поцелуи так сладки, что на них хочется отвечать, так?
– Эрвин! – выкрикнула Элиза. В ее голосе сплелись отчаяние и сладострастность. Ей хотелось и оттолкнуть Эрвина, дарящего такие обжигающе-ледяные поцелуи, и хотелось привлечь его к себе, прижаться крепче, словно в ледяной омут кинуться в его суровые объятья и дождаться, пока невероятная мука холода превратиться в такое же небывалое, неслыханное блаженство.
– Эрвин… – шептала Элиза, навалившись грудью на стену, распластавшись по ней, ухватившись руками за что-то – то ли за складки драпировок, то ли за шелковые обои. Эрвин злыми рывками освобождал ее от платья, терзал ее одежду, и его руки – ласковые и теплые, – заглаживали ледяные пятна его поцелуев на ее атласной коже. – О, Эр-рви-ин…
Элиза почти рычала, ее трясло и колотило от ломающего болью льда в прикосновениях мужчины, которым он ее наказывал. Нервы ее словно умирали от холода, и оттого теплые вкрадчивые прикосновения, пробуждающие в ней жизнь, казались ей непереносимо приятными. Эрвин надавил на ее поясницу широкой ладонью, заставил обнаженную девушку прогнуться, расставить ноги и подставить под его ласки восхитительную округлую попочку, которую он огладил вкрадчиво и нежно.
Неожиданно его ладонь опустилась на ягодицу девушки резким звонким ударом, оставив алое пятно, и Элиза закричала, заплясав на цыпочках по обрывкам своей одежды. Но Эрвин тотчас же обнял, сгладил боль пальцами, залечил, остудил горящую от удара кожу жадными прохладными поцелуями, постанывая от собственной жадности, от желания этого юного тела.