Электронная книга - «Между двумя мирами». Краткое содержание книги:
— Что вы от меня хотите?
— Мы хотим, чтобы ты вычистил землю галицкую. Огнем и мечом прошелся, но очистил нашу землю от скверны и потом не допустил ее повторного осквернения, — тихо сказал Тихон. Я же откинулся на спинку. Что тут сказать. Они оказались в очень невыгодном положении; тогда как в любой непонятной ситуации все остальные страны делили испокон веков Польшу, так и Польша поступала с Галицией. Только жестче, гораздо жестче. Но до полного отчуждения от России еще было немного времени, и сами галитчане, как оказалось, еще на что-то надеялись. На что? Что придет царь-освободитель и скинет с них польское ярмо? Вот только так бывает только в сказках, а я уже в сказки не верю.
— И как вы себе это представляете? Вы же умные и грамотные люди, вы должны понимать, что у меня пупок развяжется, ежели я попробую все сразу поднять. Единственное, что я могу обещать сейчас — это попробовать надавить на Августа, чтобы тот снял все ограничения с православной церкви и позволил вам самим решать…
— Они запрещают нам учить русский язык и разговаривать на нем, — перебил меня купец, как там его, я не запомнил. — И мы знаем, что король Август — всего лишь пешка в руках магнатов. Вот только сил у народа почитай что не осталось. Скоро, очень скоро сломают нас. Еще два поколения и ничто не повернет Галицию лицом к матери ея.
— И что вы предлагаете? — я залпом допил сбитень, практически не ощущая его вкуса.
— Мы не с пустыми руками к тебе приехали, — Тихон снова взял слово. — Народ ропчет, все тише и тише, но ропчет. Народное ополчение почитай готово. Скоро выльется в бунт безнадежность. Но пшеки быстро нас подавят, конями затопчут, баб и девок пользовать как рабынь своих будут. А вот ежели поддержишь ты нас, государь, хоть чем-нибудь, хоть только командиром верным и умелым, коий поведет нас за собой, то есть, есть у нас шанс. Тем боле, что польское войско делить нужно, чтобы нас сдержать. И тебе легче с энтой стороны придется.
Я задумался, а почему бы и нет? Мне навязывают войну на три, если не на четыре фронта, так почему нет? Пускай сами повоюют, когда за спиной мятежная провинция полыхает. Я для такого дела и мин им наделаю, и командира дам. Вот только…
— Я подумаю. Через два дня дам ответ. Но, ежели соглашусь, то у меня два условия: первое, не зверствовать. Ни в коем случае. Всем полякам, кто захочет добровольно покинуть Галицию, разрешить уехать. Без ценностей — они пойдут на восстановление земель ваших, ежели победим. Уезжать только в Закарпатье, по эту сторону им нечего будет делать.
— Да как ты мог подумать, государь…
— Потому что вы хотите этого! Это жесткое условие, Тихон, головой за его выполнение отвечаешь. Вас должны запомнить, как воителей, восставших за исконное, а не как зверей, мародерствующих и насилующих. Это важно, очень важно. И за выполнением этого требования я буду следить пристально, а того, кто нарушит, вешать без жалости к былым заслугам, — с минуту мы бодались взглядами, затем Тихон кивнул. — Хорошо, тогда второе. Те поляки, кто не захочет уезжать — не гнать, но при выполнении нескольких условий: они крестятся в православие, дают присягу мне лично, причем каждый член семьи, включая женщин. Полностью принимают, так же, как и вы законы Российской империи, и все дети их до четвертого колена по достижении семи лет отправляются в Россию на обучение. С возвратом их родителям по достижению отроков восемнадцати годов. Все дети, кто сейчас находится в возрасте от семи до четырнадцати лет, должны будут направлены в Москву не позднее следующего сентября, — Тихон снова кивнул, что-то про себя просчитывая. Подозреваю, что получим мы в итоге гораздо больше ребятишек, чем поляков останется. Ну а что, кормят и поят на халяву, да еще и обучат бесплатно. Но я как раз не против, все равно уже думал, как сломать устойчивое предубеждение против России некоторых товарищей. Да через детей. Их психика лабильна, как их изначально настроить, так и будем жить в дальнейшем. Императрице поручу такое дело, чтобы делом была занята важным и сложным, тогда никакая дурь в ее хорошенькую головку не забредет. Я повернулся к святым отцам. — Вы готовы отринуть унию, в кою поверг вас Кирилл Шумлянский? — о, да. Я тщательно изучил этот вопрос, когда думал, что делать с Галицией, и потеряна ли она для нас навсегда, или что-то еще можно сделать?