Город без надежды
- Автор: Дементьева Марина
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Город без надежды». Краткое содержание книги:
Закрытый город воцарившегося насилия и жестокости. И двое в нём.
Пока таких, как она, судьба сталкивает на самое дно жизни, такие, как он, по головам взбираются к вершине.
Кажется, у него есть всё. Кажется, у неё отняли последнее...
Он может защитить её от зла. Она может сделать для него неизмеримо больше.
18+
Жуткий крик мечется в пространстве полупустой комнаты, бесконечно тянущийся, на одной ноте, взятой где-то за пределами человеческого, так, что даже звукоизоляция не способна справиться с этим воплем, разрывающим скрытые панели обшивки и мои собственные барабанные перепонки. Бьюсь, пинаюсь, молочу руками, словно наконец обрела власть над телом, а тот страшный, из сна, вновь делает это со мной...
Беспорядочные удары попадают по живому, твёрдому; извиваюсь, борюсь из последних сил. Крик иссякает, хриплю сорванным горлом. В сознание проникает, ещё без слов, ровный, терпеливо повторяющий что-то голос.
Мои руки скрещены, прижаты к груди, без боли, но надёжно, не вырваться. Запрокинув голову, кричу, но уже немо. Сучу ногами, взбивая покрывало. Натянутая до предела, до агонии, струна души медленно расслабляется, словно кто-то бережно подкручивает её, уже готовую оборваться. Откликом на ту чудовищную внутреннюю вибрацию мелко подрагивает тело.
С глаз спадает пелена. Белизну и серебро ночи сменила предутренняя блёклая серость. Майк сидит на постели, низко склонившись ко мне, напряжённо вглядываясь в моё лицо. Увидев, что я его узнала, он отстраняется, отпуская, но, вместо того, чтобы уйти, берёт на руки и усаживает к себе на колени, прямо в одеяле, как маленькую. Моя голова прижата к его плечу. Отчётливо ощущаю, как под тонкой футболкой двигаются рёбра.
- Майк... - зову растерянно, всё ещё ничего не понимая. - Майк...
При этом имени он едва заметно кривится, но отвечает тем же спокойный голосом, каким уверенные в себе взрослые разговаривают с плачущими детьми. И я понимаю, что действительно плачу.
- Да, Виллоу?
Он усаживается удобней, прислонившись к изголовью кровати, тому самому, к которому однажды, совсем недавно, приковал меня наручниками. Не слишком-то удобней, - думается внезапно, вон какие острые загогулины, врезаются в спину. Зато мне удобно и уютно, как, наверное, никогда в жизни; близко стучащий метроном сердца, левая рука поглаживает мои мелко дрожащие ноги сквозь одеяло. Зажмуриваюсь, утыкаюсь в него мокрым лицом. Десять кошмаров подряд стоили этих минут.
Набраться наглости и спросить Майка о его младшей сестре? Иначе почему он...
Какая же ты, Виллоу... да-да, то самое.
- Сны - это, ну, знаешь, такая странная штука, когда видишь то, чего не было. Или то, что давно прошло. - Его ровно звучащий хрипловатый голос сглаживает что-то очень глубоко внутри, пока ладонь проводит по спутанным волосам.
Майк пытается приподнять мою голову, но я только ниже склоняю лицо, утыкаюсь ему в ключицы, и он не настаивает. Не хочу смотреть ему в глаза сейчас, когда от моей защиты не осталось ничего, он внимательный, он всё поймёт. А я не готова увидеть его реакцию на моё невольное признание, не теперь.
- Что тебе снилось, расскажешь?
Образы невероятно яркого, как не бывало с детства, сна вновь захлёстывают, но теперь, когда есть надёжная опора рук и плеч, я могу выстоять.
Сон, начавшийся тревожно и волнующе, завершился худшим кошмаром, который я могла... да, пожалуй, и не могла, вообразить. И даже начало... логичней, если бы мне приснился Майк, а не тот незнакомый мужчина... Дэнни. Дэнни Каллахан. Чувство потери и гнева так велико, словно бы он был реальным человеком, а не вымыслом, человеком, чья утрата ударила так же больно, как смерть Адама и Паука... и чья гибель была многократно ужасней.
Сон, словно наяву пережитое, едва пережитое, вновь наводняет сознание. Пытаюсь сдержаться, но почти тотчас вновь начинаю плакать, и рассказ выходит таким сбивчивым, что сама себя едва понимаю. Поэтому неудивительно, что из моих сдавленных всхлипов Майк выяснил для себя одно.
Сомкнувшееся вокруг кольцо рук каменеет.
- Кто? - прошептал он. - Кто?!
Теперь уже до меня не сразу доходит суть вопроса. Наконец, вспоминаю Хиляка, но причинённое мне зло проходит пунктиром, это зло заслонено многократно превосходящим, необратимым - гибелью Верити. Качаю головой, пытаясь объяснить, что мой кошмар - не воспоминание о насилии.
Майк тихо выдыхает сквозь зубы, и мне становится стыдно. В самом деле, как неловко... сейчас обругает за то, что не даю выспаться, да к тому же морочу голову своими страшными снами, никогда не бывшими в действительности. Но почему-то не спешит ругаться, и рук не разнимает. А мне так хорошо, что даже страшно. Пригрелась, как кошка... очнись уже, Виллоу.
А может, не стоит? Может, как раз это и нужно в жизни, где нет никакой определённости, - позволить себе ни о чём не думать в минуту нежданного счастья? Представить, что так и должно быть. Что так будет всегда.
- Наверное, голова ещё не в порядке, - не поднимая взгляд, говорю виновато. - Со мною в детстве случалось что-то похожее... если много думала о ком-то... видела как бы сны, но не совсем. Что-то о том человеке, что-то очень... личное. Верити... - судорожно вздыхаю, чтобы выговорить это имя. - Верити называла это подглядыванием. Такой пустяк...