Контрабандисты Гора

— Позиция, — бросил мужчина, спустившийся с борта судна, и вместе с нами добредший до полосы прибоя.

Вот так, продрогшие, мокрые, дрожащие и несчастные, мы приняли «позицию», то есть откинулись на пятки, выпрямили спины, ладони рук прижали к бёдрам, подняли головы, уставившись прямо перед собой, и широко расставили колени, как и положено рабыням, которыми мы были.

После этого мужчины, казалось, забыли о нас.

Я осторожно, не меняя позы, попыталась осмотреться. Как известно, мы кейджеры — создания любопытные.

Мужчины продолжали перетаскивать на берег неодушевлённую часть груза. Несколько человек, стоя по пояс в воде, подхватывали сбрасываемые с борта коробки, мешки, тюки, какие-то запечатанные сосуды, кратеры и амфоры, и передавали их другим, которые выносили полученный груз за полосу прибоя. Некоторые из больших коробок просто бросали за борт. Они не тонули, и их толкали перед собой к берегу. Зато два больших ящика, до сего момента закреплённых на палубе и покрытых смазанным жиром холстом, аккуратно спустили с борта на верёвках, и с большой осторожностью, несколько мужчин доставили их на берег. Я понятия не имела, что могло быть содержимым тех ящиков.

— Ай-и-и! — вскрикнула я от боли и неожиданности, получив удар хлыстом по шее.

Мужчина, тащивший на плече небольшой бочонок, подошел сзади, так что я его не заметила.

— Разве в позиции твои не должны глаза смотреть вперёд? — осведомился он.

— Да, Господин! — простонала я. — Простите меня, Господин!

Теперь я лишь чуть-чуть и только время от времени крутила головой, пытаясь наблюдать за мужчинами.

— Ха! — немного позже услышала я. — Ты, и вы две, а ну глаза вперёд!

— Да, Господин! — отозвались девушки справа от меня и тут же вскрикнули от боли, — Простите меня, Господин!

Их крикам предшествовал свист хлыста и звуки ударов. Похоже, я была не единственной, кому было любопытно. Кожа сбоку на моей шее горела. Мне хорошо напомнили, что отклонение от правильного положения, пусть и малейшее, не приемлемо. Конечно, я была благодарна, когда мужчины не считали целесообразным стегать нас.

Зато глядя вперёд, я не пропустила момент, когда от стены леса отделилась фигура в зелёной одежде. Это был, как я поняла позже, кто-то из лесников.

Подойдя ближе, он поднял руку и сказал:

— Тал.

Потом он приблизился к группе мужчин, и перекинулся несколькими словами с командиром наёмников. Как я поняла, они обменялись паролем и отзывом. Вновь прибывшего, казалось, в первую очередь интересовали два больших ящика, которые с такой осторожностью спускали на верёвках с борта судна, а затем выносили на берег. Потом он прошёлся вдоль нашего строя, и уделил внимание каждой из нас.

— Эта — варварка, — сообщили ему, когда его взгляд остановился на мне, постаравшейся стоять на коленях настолько красиво, насколько я могла.