Светильник, зажженный в полночь, и другие пьесы
- Автор: Стейвис Барри
- Год: 1980
- Язык: русский
- Год: Прогресс
- Переводчик: Георгий Павлович Злобин
- Жанр: Другая драматургия
Электронная книга - «Светильник, зажженный в полночь, и другие пьесы». Краткое содержание книги:
Творчество Стейвиса отмечено масштабностью и остротой проблематики, выразительностью характеров, актуальностью сценических коллизий. Его пьесы — это драмы идей, здесь обретают голос известные исторические личности — Галилей, Джо Хилл, Джон Браун.
ДЖЕППЕ (не сдержавшись, запальчиво). Вы пришли, чтобы узнать, прав синьор Галилей или нет. Разве не так? Посмотрите в зрительную трубу — и тогда решайте.
Он поражен собственной дерзостью. Полиссена поворачивается, жестом успокаивает его.
СИЦЦИ (сухо). Молодой человек, когда нам понадобится ваше мнение, мы попросим вас высказаться. (Своим коллегам). Господа, уже поздно. Нам надо идти.
САГРЕДО. Погодите, Сицци…
СИЦЦИ (Галилею). Как ректор университета Пизы, я утверждаю учебные программы. Это огромная ответственность. Я вынужден не только воспрепятствовать преподаванию ваших абсурдных домыслов, но и запретить упоминать о них.
САГРЕДО. Неужели вы надеетесь, что ваш позорный запрет обречет на забвение это великое астрономическое открытие? Оно сильнее вас, сильнее самого Галилея. Вам не удастся задушить правду — вы можете лишь задержать ее.
СИЦЦИ (холодно). Пожелаем нашему хозяину доброй ночи, господа. (Идет к выходу).
САГРЕДО (со страстной убежденностью, показывая на Галилея). Даже если бы он сам отказался от собственного открытия — оно было бы верным. Стоит раз добраться до правды, как она начинает жить сама по себе.
Маджини присоединяется к Сицци у двери. Либри не трогается с места.
СИЦЦИ. А вы, Либри?
ЛИБРИ. Я пока останусь.
СИЦЦИ. Это неразумно.
ЛИБРИ. Я останусь.
СИЦЦИ. Вы пожалеете об этом.
ЛИБРИ. И тем не менее я остаюсь.
СИЦЦИ (сухо). Как вам угодно.
ГАЛИЛЕЙ (грустно). Доброй ночи, господа.
МАДЖИНИ. Доброй ночи.
Они уходят.
ГАЛИЛЕЙ (с надеждой, показывая на телескоп). Ну хоть вы, Либри?..
ЛИБРИ. В Аристотеле — все, чем я живу. Я преподаю его учение в моих классах. Вы хотите, чтобы я зачеркнул свою жизнь?
ГАЛИЛЕЙ. А вы хотите по-прежнему преподавать ложное учение?
ЛИБРИ. Через три недели у меня начинается семестр. Я переступлю порог аудитории, поднимусь на кафедру, увижу перед собой юные лица… Что я скажу им, Галилей, что?
ГАЛИЛЕЙ (понимающе). Бедный Либри…
ЛИБРИ. Вы требуете, чтобы я выбросил на свалку авторитет наших учителей и нашей науки?
ГАЛИЛЕЙ. А вы предпочли бы, чтобы я выбросил на свалку зрительную трубу? Там — огромные неизведанные просторы Вселенной, здесь — неизведанные просторы человеческого разума. Их надо исследовать и поставить на службу людям. Объединим же усилия! Мы можем проложить новые пути в науке.
ЛИБРИ (держа в руках Аристотелев том). И все же, Галилей, эта книга говорит другое.
ГАЛИЛЕЙ (берет книгу, бросает на стол). Зрительная труба заставляет нас писать новые книги. Вы думаете, я тратил время даром? Я делал заметки, набрасывал карты… (Показывает на груду бумаг). Это новая книга, Либри. О новом взгляде на мироздание. Мне нужна ваша помощь.
САГРЕДО (берет Либри под руку). Загляните разок — не оторветесь. Не убудет же вас. Я делал это не однажды и, как видите, жив-здоров.
Легонько подталкивает Либри к телескопу.
ЛИБРИ (смотрит как завороженный). Но если я увижу… Нет, ни за что! Оставьте мне то, что у меня есть.
Убегает, забыв про книгу Аристотеля.
САГРЕДО (берет ее в руки, как будто взвешивая). Возможность перемен всегда отпугивала людей. Они не хотят понять, что на свете нет ничего постоянного. Пробирный камень разрушается на солнце. Самая твердая порода превращается в сыпучий песок. (Оборачивается, видит, как Галилей убирает телескоп). Что ты задумал?