Семь страниц из истории русской музыки

Так началось триумфальное шествие шедевра М. И. Глинки по театральным сценам мира. Сценическая история этого творения связана с именами С. В. Рахманинова, Ф. И. Шаляпина, А. В. Неждановой, М. Д. Михайлова и других выдающихся русских исполнителей.

«Жизнь за царя» — первая классическая1 национальная русская опера. В ней Глинка сумел «…народный напев возвысить до трагедии». Ведущий принцип драматургий оперы — ясная обрисовка действующих лиц и сценических ситуаций в законченных оперных номерах. Наряду с этим, композитор последовательно проводит принцип и симфонического развития, выражающийся в постепенной кристаллизации лейттем и «сквозном» проведении этих тем на протяжении оперы. Произведение национально-самобытного искусства, совершеннейшего мастерства, опера «Жизнь за царя» явилась, по выражению П. И. Чайковского, «первой и лучшей русской оперой», которая стала высоким образцом и творческим мерилом для последующих поколений русских оперных композиторов-классиков.

Вскоре после премьеры Глинка получил должность капельмейстера Придворной певческой капеллы. Эта работа занимала много времени, и все же Глинка был весь в новых замыслах.

За «Жизнью за царя» в 1837 году последовали гениальный «Ночной смотр» и превосходная в музыкальном отношении «Херувимская», написанная для придворной капеллы. Тогда же появилась первая мысль о «Руслане и Людмиле»: «Первую мысль о Руслане и Людмиле подал мне наш известный комик Шаховский. На одном из вечеров Жуковского Пушкин, говоря о поэме своей «Руслан и Людмила», сказал, что он бы многое переделал; я желал узнать от него, какие именно переделки он предполагал сделать, но преждевременная кончина его не допустила меня исполнить это намерение», — описывает Глинка зарождение замысла оперы «Руслан и Людмила».

В текст оперы вошли некоторые фрагменты поэмы, но в целом он был написан заново. Глинка и его либреттисты внесли ряд изменений в состав действующих лиц. Кроме того, композитор отказался от пушкинской ироничной трактовки сюжета, создав произведение эпического размаха, исполненное больших мыслей, широких жизненных обобщений.

Переосмыслив содержание шутливой, иронической юношеской поэмы Пушкина, взятой в основу либретто, Глинка выдвинул на первый план величавые образы Древней Руси, богатырский дух и многогранную эмоционально богатую лирику.

В 1838 году были уже готовы такие ее капитальные номера, как персидский хор «Ложится в поле», марш Черномора, баллада Финна. Работа над оперой, однако, затянулась. Причиной были и семейные невзгоды (разлад с женой, приведший впоследствии к полному разрыву), много времени отнимала служба в капелле, сказывалось и отсутствие либреттиста, который мог бы дать текст для некоторых необходимых номеров и связать уже готовые части в одно целое. Композитор даже обсуждал с Пушкиным идею совместной работы, но ранняя смерть поэта не дала ей осуществиться.

Весь 1839 год Глинка не брался за «Руслана», ограничиваясь небольшими произведениями. Он писал романсы, фортепианные произведения, создал «Вальс-фантазию», вальс и польский для оркестра и мн. др. Лучшие из этих творений были вызваны к жизни новым душевным увлечением композитора. В доме своей сестры М. Стунеевой Михаил Иванович познакомился с дочерью «музы» Пушкина Анны Петровны Керн, Екатериной Ермолаевной. Девушка ответила на его чувства взаимностью. Эта любовь, хотя и не закончилась браком, подарила миру такие лирические шедевры, как «Вальс-фантазия» и романс «Я помню чудное мгновенье», посвященные Глинкой Екатерине Ермолаевне.

Много времени и сил отнимала также беспутная и нетрезвая холостая компания Нестора Кукольника с братией, отношения с которой завязались еще в 1835–1836 годах. Кукольник со своим братом Платоном Кукольником превратил свою петербургскую квартиру в место многолюдных собраний литераторов, журналистов, художников и актеров. Эти встречи пользовались громкой известностью в художественной среде Петербурга. Здесь собирались поэты, писатели, художники, люди различных талантов, взглядов и направлений. Густая толпа гостей, посещавшая «среды» Кукольника, была пестрой и непостоянной по составу, но компанейский нрав хозяина, его талант рассказчика и стихотворца-импровизатора постепенно способствовали появлению постоянных посетителей дома Кукольников. Вскоре здесь образуется небольшой литературный кружок, в котором тесные творческие контакты между представителями разных видов искусства впервые находят свое прямое выражение. Костяк кружка составили сам Кукольник, М. И. Глинка и К. П. Брюллов, и неспроста — эта тройка, в глазах современников символизировавшая союз трех искусств (живописи, музыки и поэзии), привлекала к себе внимание многих. Кукольник был музыкально образованный человек и понимал толк в живописи. Он печатно пропагандировал труды Брюллова и Глинки, участвовал в создании либретто обеих опер композитора. Ему, в частности, принадлежит сцена Вани в «Иване Сусанине». Нестор Петрович помогал Глинке в написании его произведений — в 1840 году Глинка написал цикл романсов «Прощание с Петербургом» на стихи Кукольника и даже создал музыку для его драмы «Князь Холмский».