Электронная книга - «Избранные произведения. IV том». Краткое содержание книги:
Дин Рэй Кунц (род. 9 июля 1945 года, Эверетт, Пенсильвания, США) — американский писатель. Один из самых популярных авторов «романов ужасов». Из его шестидесяти книг двенадцать стали национальными бестселлерами в Америке. Известен во всём мире как непревзойдённый мастер остросюжетных триллеров, которые держат в напряжении с первой и до последней строчки. Содержание: Мистер убийца Слезы дракона Зимняя луна Ледяная тюрьма Темные реки сердца Неведомые дороги Очарованный кровью Единственный выживший Тик-так Ложная память Краем глаза До рая подать рукой При свете луны Лицо в зеркале
Тварь отпустила лодыжку Хитер. Все ее дергающиеся отростки сжались и свились в один клубок. Застыли, как массивный шар блестящих кишок четырех фунтов в диаметре.
Другой Даритель потерял контроль над горящим телом, которое оседлал. Паразит и мертвец рухнули одной грудой и тоже закаменели.
Хитер встала в отупелом неверии, не понимая, что произошло.
Клубы дыма врывались в комнату.
Тоби открыл замок и лестничную дверь. Потянул ее за собой и сказал:
— Быстрее, мама!
Все задумываясь, совершенно придавленная своим недоумением, она последовала за сыном и собакой на темную площадку и захлопнула за собой дверь, срезав лапу дыма, прежде чей она достигла их.
Тоби понесся вниз по лестнице, собака за ним по пятам, а Хитер поспешила нырнуть за ними.
— Малыш, подожди!
— Нет времени, — ответил он ей.
— Тоби!
Ужаснулась при мысли о том, что надо спускаться по лестнице так безрассудно, не зная, что может быть впереди.
Была просто уверена, что другая такая же тварь где-то рядом. Три могилы были потревожены на кладбище.
В холле внизу дверь на заднее крыльцо была забита гвоздями. Но дверь на кухню была распахнута настежь, и Тоби ждал ее на пороге вместе с псом.
Казалось, еще никогда ее сердце не билось так быстро и мощно, как когда они сбегали по лестнице! Но увидев лицо Тоби, поняла, что случилось невозможное, — пульс совсем убыстрился. Теперь каждый стук отдавался в теле так сильно, что показалось, будто кровь пробивается с болью сквозь ее грудь.
Если раньше он был бледен от страха, то теперь та бледность казалась лишь жалкой тенью нынешней. Его лицо вообще не казалось принадлежащим живому мальчику, а скорее было смертной маской, сделанной из холодного, только что застывшего и снятого с лица гипса. Белки глаз были серыми. Один зрачок огромен, другой сузился, как булавочная головка, а губы стали голубоватыми. Он был объят ужасом, но не только это казалось причиной его столь дикого вида. Выглядел странно, призрачно — тут она осознала, что такое же полуумирание уже видела, когда Тоби сидел перед компьютером этим утром. Не совсем в подчинении у Дарителя, но и не полностью свободный. Между! — как он это назвал.
— Мы можем справиться с ним!
Поняв, что с ним произошло, различила и эту глухоту в его голосе, которую она слышала этим утром. Когда он был, как казалось, околдован бурей цветов на мониторе IBM.
— Тоби, что случилось?
— Я поймал его.
— Кого поймал?
— Это.
— Поймал его где?
— В себе.
Ее сердце было готов взорваться.
— В себе?
— Да, он подо мной.
Затем она поняла и заморгала, пораженная.
— Оно под тобой?
Он кивнул. Такой бледный.
— Ты управляешь им?
— Пока да.
— Как это может быть? — спросила она.
— Времени нет. Оно хочет освободиться. Очень сильно. Пытается выбраться наружу.
Блестящая бусинка пота появилась на его брови. Он закусил нижнюю губу, появилась кровь.
Хитер протянула руку к нему, чтобы коснуться его, обнять, но затем замялась, подумав, что прикосновение может сбить его власть над Дарителем.
— Мы можем справиться с ним! — повторил он.
* * *
Харлан подвел грейдер очень близко к дому и остановил плуг в нескольких дюймах от перил, бросив огромную хрустящую волну снега на переднее крыльцо.
Он выгнулся вперед, давая Джеку выползти из грузовой части за своей спиной.
— Ты иди, позаботься о своих. Я позвоню в депо, и вызову сюда пожарную команду.
Когда Джек вылезал через верхнюю дверь и спускался с грейдера, он мог слышать, как Харлан Моффит в своей клетке говорит с диспетчером.
Он никогда не испытывал такого безудержного страха раньше, даже когда Энсон Оливер открыл огонь на станции автосервиса Аркадяна. Даже вчера, когда понял, что нечто говорит через Тоби на кладбище. Никогда еще страх не был таким интенсивным, чтобы его кишки связывались в один тугой узел, а волна горькой желчи разливалась по горлу, и никакого звука в мире не осталось, кроме громыхания его собственного сердца. Потому что не только его жизнь была поставлена на карту. Жизни двух людей, гораздо более для него важные. Его жена, в которой все его прошлое и будущее, — хранительница всех его надежд. Его сын — рожденный из его собственного сердца, которого он любил больше, чем себя, неизмеримо больше.
