Избранные произведения. IV том

Харлан поднял прямоугольный плуг на несколько дюймов, чтобы увеличить скорость.

— Нам ведь не нужно вычерпывать тут все до дна, какую-нибудь вмятину вылизывать до самой земли? — Добрые три четверти верхнего снежного слоя были стремительно раскиданы в стороны.

— Откуда ты знаешь, где здесь дорога? — забеспокоился Джек, потому что подвижная стена закрывала всю видимость.

— Да я был здесь раньше. Что-то вроде инстинкта.

— Инстинкта?

— Инстинкт чистильщика!

— А машина не завязнет?

— С такими колесами? С таким мотором? — Харлан гордился своей машиной. И на самом деле она перла вперед, разбрасывая нетронутый снег, как будто вырезая себе путь в чем-то не более твердом, чем воздух. — Никогда не увязала, когда я за рулем. Могу провезти этого малыша через ад, если понадобится, разбросать по дороге всю серу и показать нос самому дьяволу. Так что случилось с твоей семьей?

— Попали в ловушку.

— В снегу, ты имеешь в виду?

— Да.

— Чего-то я не вижу здесь ничего похожего на следы лавины.

— Лавины и не было, — признался Джек.

Они добрались до холма и направились к повороту мимо нижнего леса. Дом появится в виду через несколько секунд.

— Так как же — в снегу? — сказал Харлан, явно встревожась. Он не отрывался от своей работы, но нахмурился, и как будто не хотел встречаться с глазами Джека.

Показался дом. Почти скрывшийся за снегом, но смутно видный. Их новый дом. Новая жизнь. Новое будущее. В огне.

Еще раньше, у компьютера, когда он был мысленно связан с Дарителем, но не совсем в его власти, Тоби кое-что узнал о нем, как-то прощупывая, кружась вокруг его мозга. Потом, будучи любопытным, пустил того в свои мысли, продолжая говорить вслух «нет» и мало-помалу изучая самого Дарителя. И одно из его открытий было то, что пришелец никогда не встречал ни одного разумного вида, который мог пройти внутрь его мозга точно так же, как он сам проникал в мозги других существ. Поэтому он даже и не осознал, что Тоби там оказался, не почувствовал этого, продолжая мнить, что у них односторонняя связь. Сложно объяснить. Но это было лучшее, чем он мог сделать. Просто проскользнуть в его мозг, поглядеть на все эти ужасы! Конечно, это не лучшее место: темное и страшное. Он не считал каким-то особенно смелым поступком. Надо сделать, что Капитан Керк или Мистер Спок, или Люк Скайуокер, или каждый из таких парней сделал бы на его месте, встретив новый и враждебный разум с другого конца галактики. Они бы использовали любую возможность увеличить свои знания о нем.

Он так и сделал.

Не велика заслуга.

Теперь, когда шум, исходящий от радио уговаривал его открыть дверь: «Только открой дверь и впусти! Впусти, прими удовольствие и покой, впусти!» — Тоби сделал так, как оно хотело. Хотя и не позволил ему зайти далеко, не глубже и половины от того, насколько он сам проник в это. Как у компьютера этим утром, он теперь находился между полной свободой и рабством. Шел по краю бездны; осторожно, ничем не выдавая своего присутствия до тех пор, пока не приготовился ударить. Когда Даритель разгуливал по его мозгу, уверенный в том, что теперь это его владения, Тоби вдруг смешал всю игру. Он представил, что это его собственный разум имеет колоссальный вес, биллион миллионов тонн, даже тяжелее. Как все планеты Солнечной Системы вместе, и даже в биллион раз тяжелее! Представил… и навалился на разум Дарителя всем этим жутким весом! Давя, ломая, превращая в блин и сжимая его со всех сторон! И теперь тот еще мог думать, — быстро и яростно, — но не мог действовать в своих мыслях.