Жизнь и борьба Белостокского гетто. Записки участника Сопротивления
- Автор: Беркнер Сергей Самуилович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Книжники
- ISBN: 978-5-906999-49-8
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Жизнь и борьба Белостокского гетто. Записки участника Сопротивления». Краткое содержание книги:
Живым и ярким языком автор пишет о жизни довоенного Белостока, еще польского, о семье, о начале войны и первых репрессиях против еврейского населения, о событиях, в которых он еще юношей участвовал непосредственно. В книгу, написанную в конце 1990-х годов, также вошли свидетельства и воспоминания очевидцев восстания в Белостокском гетто (август 1943 г.), фотографии и документы, собранные автором в послевоенные годы.
Для широкого круга читателей.
В издании использованы фотографии из архива автора, Национального цифрового архива Польши, архива Яд ва-Шем (Израиль) и агентства East-West.
Другие оперативные группы нападали на фашистские гарнизоны. Диверсионная группа под командованием комиссара отряда «Звезда» нашей бригады Самуила Шварцмана в ночь на 1 мая 1944 года взорвала электростанцию в Крынках.
Фронт стал стремительно приближаться к нашим лесам. К нам поступили данные, что гитлеровцы готовят большую карательную операцию против партизан. Командование нашей бригады приняло решение на время рассредоточиться и перейти в район малодоступных болот. Часть бригады, в которую входил и я, передислоцировалась на островок, затерянный среди больших болот.
При форсировании железной дороги произошел бой с немцами. Были и другие стычки. Однако на более крупную карательную акцию гитлеровцам, вероятно, уже не хватило ни сил, ни времени — фронт быстро продвигался на запад. За десять дней до освобождения Белостока от фашистов Лиза Чапник, Артур Шаде и еще несколько подпольщиков, по договоренности со штабом бригады, ушли из Белостока к нам в лес. Шаде передал комбригу Войцеховскому план городских объектов, заминированных фашистами.
В конце июня 1944 года одна из оперативных групп нашей бригады столкнулась с группой отряда «Чарна Ханьча» польской Армии Крайовой и была обстреляна ими. В перестрелке был ранен адъютант комбрига Соколов. Через несколько дней командование бригады вошло в контакт с польским отрядом и провело переговоры с их руководителями (у всех «аковцев» были подпольные клички с именами зверей и птиц, типа Лев, Волк, Орел, Сокол и т. п.). Первоначальная настороженность сменилась более лояльными отношениями, и оба штаба договорились об определенном сотрудничестве. Польский врач осмотрел рану Соколова, перевязал его и дал медикаменты. За неделю до соединения с Красной армией комбриг с половиной бригады вместе с отрядом Армии Крайовой двинулся на северо-запад в направлении Августовской пущи, в район крепости Осовец. Другая часть бригады, включая начальника штаба Чудинова, комиссара Осипова, других руководителей и партизан, а также всех бойцов бывшего отряда «Форойс» (последние — по личному указанию комбрига), осталась в белостокских лесах.
Начиная с 10 июля 1944 года в расположении бригады уже слышен был нарастающий гул артиллерийской канонады. Войска маршала Рокоссовского гнали гитлеровцев на запад. В середине июля наши леса наводнили отступающие немецкие части. Мы оказались в очень опасном положении. Недалеко от нас двигались, и иногда по несколько дней, немецкие войска. За два-три дня до соединения с Красной армией нашим партизанам сдались 26 власовцев — это были солдаты так называемой Русской освободительной армии (РОА), использованной гитлеровцами в качестве карателей. Все они были одеты в черную форму с серыми нашивками. Учитывая запоздалость раскаяния и крайнюю опасность положения, трибунал под председательством начальника Особого отдела бригады приговорил предателей к смерти. Приговор исполнили бывший власовец, воевавший в партизанах уже три-четыре месяца, и бывший узник Освенцима Фелек Розенблюм, чудом спасенный из концлагеря его женой Леокадией[29].
Многие партизаны обносились и решили переодеться в добротную форму власовцев. В числе других и я сменил свой рваный пиджак на черный форменный китель и едва не поплатился за это жизнью. Когда части Красной армии появились в наших лесах — это было около 22 или 23 июля, — многие партизаны вышли на лесные дороги встречать их. Вначале промчалась конная разведка Рокоссовского. Затем стали двигаться на запад танки, пехота, артиллерия. Мы с Артуром Шаде, который старался держаться возле меня (я для него был уже «старым» знакомым, к тому же говорящим — с грехом пополам — по-немецки), также вышли на дорогу встречать наши части.
Артур Шаде был одет в немецкий спортивно-охотничий костюм, на голове — тирольская шляпа, на ногах — высокие негнущиеся немецкие сапоги. На плече висел немецкий автомат «шмайсер». На мне был черный власовский китель, на плече — бельгийский карабин. Красноармейцев и командиров это не смущало, они понимали, что их приветствуют партизаны, подпольщики. Но когда нашу экзотическую пару увидел капитан смерша, дело приняло другой оборот. Он приказал своим солдатам окружить нас и потребовал документы — у нас их, конечно, не было. Мое предложение пройти вместе в расположение штаба нашей бригады — тот находился метрах в трехстах от дороги — он не принял.
29
Леокадия (Ледка) была яркой блондинкой с волосами цвета льна, совершенно не похожей на еврейку. По-польски говорила без акцента. Ей удалось раздобыть польский паспорт. Друзья помогли ей собрать деньги. Она проехала на поезде пол-Польши и добралась до лагеря, в котором находился ее муж Фелек Розенблюм. Ледка дала крупные взятки нескольким немцам, и ей удалось выкупить мужа. Фелек (Феликс) был рослым широкоплечим брюнетом. Благодаря крепкому телосложению он выжил в лагере — немцы оставили его работать. Несомненно, Леокадия совершила подвиг — вырвала мужа из лап гитлеровцев и благополучно вернулась с ним в Белосток, а затем переправила Фелека в наш отряд.