Время перемен [СИ]

В ожидании заказа я, как мой коллега из анекдотов «раскинул мозгами», прикидывая – а что Владимиру Аксенову положено знать о деятельности Сиднея Георгиевича Рейли, одесского еврея Георгия Розенблюма, ставшего английским шпионом? И, вообще, с каких-таких рыжиков Владимир Иванович заинтересовался Рейли и почему он так уверенно опознал его в Бергмане? И впрямь, об англичанине «одесского» разлива мне ни Артузов, ни другие товарищи не говорили. Или все-таки говорили? Вполне возможно, что это имя звучало в сцепке с именем Савинкова, его приятеля. Нет, не упомню. И фамилия Бергман, под которой Рейли удирал из России, не упоминалась. Стало быть, что мне могло быть известно? Допустим, «заговор послов», о котором писали и в «Правде», и в «Известиях», упирая на главенствующую роль английского посланника Локкарта, а также на активное участие господина Рейли. В газетах же писали, что Локкарт был выслан из страны, а Рейли заочно приговорен к высшей мере наказания. Пожалуй, этого мне достаточно, чтобы. увидев книгу с экслибрисом, «сделать стойку».

Раздумывая, я умял салат оливье, даже не почувствовав вкуса, а официант немедленно принес суп-харчо. Нет, надо отвлечься и есть не торопясь, вдумчиво. Кстати, суп неплох, хотя каких-то специй в нем и недоставало.

Зал ресторана потихонечку заполнялся, и за мой столик подсадили мужчину и женщину, лет тридцати. Мне показалось, что это супружеская пара с изрядным стажем семейной жизни, потому что мужчина даже не озаботился отодвинуть стул и помочь женщине сесть, а она приняла это как должное. Напротив, сама заботливо осмотрела стул своего партнера, провела рукой в перчатке по сиденью – не испачкано ли? Супруг (если это действительно супруг?) даже не помог жене снять шубку, но она, привычно стряхнула свои меха на соседний стул, заботливо уложив сверху зимнее пальто супруга и его шапку.

Женщина – вполне себе симпатичная, с круглым лицом, пухлыми губами, одетая по последнему писку моды – в узкое платье, на голове шляпка. Очень интересные серьги – в виде крупных золотых мух. Мужчина – усатый, в круглых очках, чисто выбрит, в хорошем, хотя и не новом костюме в полоску. Муж, судя по внешним признакам, относился к семитскому типу. Кажется, женщина тоже.

Я, тем временем, доел харчо и принялся за антрекот.

Мужчина принялся изучать меню, а женщина, усевшись рядом со мной, развлекалась тем, что рассматривала не то меня, не то мой костюм, и, как мне показалось, даже принюхивалась. Чего это она? Интересно, чем здесь может пахнуть, кроме запахов кухни? От меня? Невольно я тоже начал принюхиваться.