На заре новой эры. Автобиография отца виртуальной реальности

Толкни что угодно достаточно далеко, и оно изменится. Этот принцип применим даже к компьютерам. В самом центре опыта программирования, когда действуешь на высочайшем уровне совершенства, снова сталкиваешься с загадочным ощущением мира, не похожего на код.

Существует – или, по крайней мере, существовало – поразительное глубинное ощущение, что твой код правильный. Это чувство совершенно невероятное и почти мессианское. Мы говорили о нем, немного смущаясь, глубоко пряча мистицизм, окружая его броней рациональности.

И каждый раз, когда у меня возникало это чувство, код, в котором я сомневался, оказывался безошибочным. Это был странный момент, почти откровение свыше, которое снисходило крайне редко.

Этот опыт кульминации программирования теперь еще более неуловим, ведь современные программы пишут разные люди. Новые программы любой важности обычно создаются командами, и когда они работают, они распределяются словно мох, которым поросли мириады ранее существовавших программных структур, запущенных даже не на одном конкретном компьютере, а на разных соединенных между собой компьютерах в разных уголках мира, местоположение которых не определено. Можно не знать ничего о программе и тестировать ее, как только что открытое природное явление. Еще одна привязка к старому миру, где не пользуются интуицией.

В любом случае несколько дней сосредоточенности сменялись сном, в который ты проваливался, как в мягкое море, часто даже не раздеваясь, и тогда можно было выглянуть наружу и увидеть других людей, но все они были заняты тем же самым. Мы выглядели друг для друга как фрагменты кода. Мы говорили о мире так, словно это была незаконченная головоломка, которую мы изобретали.

Жаль, что я не помню по именам всех своих самых первых друзей из Долины. Но, по крайней мере, помню разговоры.

– Я сохранил данные по всем суши-барам, так что можно выбрать оптимальный.

– Я тоже.

– А временную отметку проставили? Тогда можно использовать байесовский метод, чтобы сопоставить данные.

Это средство взаимодействия с миром до сих пор записывалось на бумаге! Мы носили с собой записные книжки и карандаши. Хакеры носили свои блокноты в небольших псевдометаллических чехлах, как будто это были портативные цифровые устройства будущего. Многие из них были карманными, крепились на ремень или запястье. Закончив расчеты, мы шли есть суши, а потом снова писали код.

После того как целый день писал код, ты видишь его во сне; и думаешь, что весь мир – это код. Скотт Розенберг написал книгу «Сны о коде» («Dreaming in Code»), в которой подробно расписал мой опыт, когда я видел код во сне, то есть буквально сны о коде. Проснувшись, понимаешь, что во сне писал код, программировал события, которые происходили вокруг тебя во сне. Цикл чьего-то сердцебиения.