Перетворцы

Монахиня вышла первой, за ней Кира и Аня, следом София, Люба и Мила.

– Так чего вы хотите? – мягко спросила Маргарита, когда они оказались во дворе трапезной.

– Чётки. – Кира снова протянула руку с раскрытой ладонью.

Монахиня долгим внимательным взглядом смотрела на странное лицо с бледной кожей и проступающими на ней иссиня-чёрными венами, на длинные рельефные пальцы с выпирающими суставами и жёсткими миндалевидными когтями.

– Почему она должна тебе их отдать? – подала голос Мила.

– Потому что они мои.

– С чего это? – насупилась София.

– Я тебе уже рассказывала, повторять не собираюсь. – Кира не отводила немигающий взгляд от чёток, спрятанных в кармане Маргариты.

– Так вы утверждаете, что ваша прапрабабушка Параскева завещала эти чётки вам? – спросила монахиня.

– Утверждаю.

– На каком основании? – резко спросила Люба. – Даже бумаги с завещанием нет.

– А как эти чётки попали к вам? – Аня вышла из-за спины сестры.

Глаза Маргариты расширились, уголки рта опустились. Вспомнив, как расправилась с бабулькой, монахиня медленно опустилась на пенёк для рубки дров.

Обшарпанные обои, щербатые тарелки, мутное зеркало, засиженное мухами, и высохшая старушонка на железной кровати. Никто из родственников не знал о чётках, только старый священник, прошедший лагеря. Он подержал чётки в руке, но забрать отказался, посоветовав старушке никому их не показывать. Но их уже успела заметить Изольда, которую приятельница старушки приводила пару дней назад для «отмаливания».

Поисповедовав бабушку, батюшка ушёл, опираясь на старую трость, вырезанную из сучковатого дерева. Этой палкой его когда-то чуть не забили охранники лагеря. Стоявшая этажом выше, Изольда проводила священника взглядом, спустилась по лестнице и позвонила в квартиру.

Только взяв чётки в руки и перекатывая жемчужины между ладонями, Изольда наконец ощутила, как по клеткам тела стала просачиваться жизнь. Всё менялось, заржавевшее колесо сдвинулось наконец с места, и всего через полгода Изольда, уже не какая-то нищая оборванка, смогла забрать трёх дочек из приюта.

Это она основала Артель, именно ей хватило сил и ума организовать неумех и научить их пользоваться силой. Хотя не все соглашались добровольно перейти под её начало, некоторых пришлось заставить, других попросту устранить.

Ещё через год старшая дочь принесла от одной из клиенток круглую малахитовую шкатулку, сказав, что вещица её «позвала».

Подержав шкатулку в руках и впитав поток силы, Изольда ощутила могущество, которого и представить не могла. И через несколько месяцев, подпитываясь от чёток и шкатулки, расправилась с последней конкуренткой в городе.

Бывшая Изольда, ныне монахиня Маргарита, сидела на пне, сложив дрожащие руки на коленях. Ночью снова приходил священник с сучковатой палкой, что умер почти сразу после старушонки, хранившей чётки.