От французской революции конца XVIII века до Первой Мировой Войны

Важным этапом в истории европейской политической мысли была и выдвинутая Сен-Пьером идея европейской системы. «Древний союз народов Европы, — замечает автор, — усложнил их интересы и права на тысячу ладов; они соприкасаются в стольких пунктах, что малейшее движение одних не может не задеть других; их расхождения тем более гибельны, чем теснее их связи, а их частные столкновения носят почти такой же ожесточенный характер, какой свойствен гражданским войнам». В этих словах уже предпринимаются попытки выделить некоторые особенности европейской политической системы.

Далее Сен-Пьер переходит к подробному рассмотрению европейского равновесия. По его мнению, оно существует вне зависимости от желания отдельных европейских государств. Нарушаясь где-либо в одном, оно тотчас же восстанавливается в другом. В этой связи смехотворными и нереальными представляются автору попытки создать общеевропейскую монархию, поскольку «нет такого деятеля, который мог бы стать европейским властелином». Европейский опыт, заявляет Сен-Пьер, показывает тщетность любой политики, направленной на то, чтобы дать возможность какому-нибудь политику получить преобладание над остальной Европой. Невозможен и такой вариант, когда два или три монарха попытались бы подавить остальных. «Эти три властелина, кем бы они ни были, не составят вместе и половины Европы. Тогда другая ее часть, безусловно, объединится против них; им нужно будет победить более сильного противника, нежели они сами».

И дело не в том, что Альпы, Рейн, море или Пиренеи составляют непреодолимое препятствие для того, чтобы один государь или союз нескольких государей могли существенно и надолго изменить существующее положение вещей. «Что действительно в определенной степени поддерживает европейскую систему, — считает Сен-Пьер, — так это дипломатические переговоры, которые почти всегда взаимно уравновешивают друг друга; однако эта система имеет и другую, еще более солидную опору — совокупность германских государств, расположенных примерно в центре Европы, которая удерживает от соблазнов все остальные части ее и, может быть, еще в большей степени сдерживает своих соседей, чем своих собственных сочленов».