Последний подарок Потемкина [litres]

Прозванная современниками «прекрасной фанариоткой» будущая графиня Потоцкая, наверное, уже генетически была сформирована как специальный, умеющий адаптироваться к любым условиям и обладающий удивительной жизненной силой типаж «femme fatale», из которого, как правило, получаются профессиональные авантюристки, шпионки и революционерки. Иногда – королевы.

Попав в умелые руки Потёмкина, выкупившего ее у очередного обладателя, на сей раз мужа – майора де Витта – за титул графа и пост губернатора Херсона, София была отшлифована Светлейшим до уровня знаменитости европейского масштаба.

Была ли там любовь? А бог его знает… Но служила графиня де Витт-Потоцкая, тайный агент Российской империи и личный князя Потёмкина, не за страх, а за совесть… Только при осаде крепости Хотин на Дунае, убедив коменданта, трехбунчужного пашу Гуссейна капитулировать, спасла жизни многим русским солдатам. Кстати, на операцию в Хотин они ездили вместе с де Линем два года назад…

– А вы разве не отдаете своих детей в жертву богам войны каждый раз, когда посылаете их на поле боя? – непонятно кому адресовала София этот вопрос, но вызов тут же был принят де Линем.

– Отдавать своих сыновей на защиту Отечества – святой долг любого дворянина и патриота! – тут же отозвался принц с пафосом.

– Вам знакомо такое греческое слово – «демагог», дорогой де Линь?

– Мне также знакомо греческое слово «гетера», дорогая графиня!

Они стояли лицом к лицу, скрестив взгляды, словно остро заточенные клинки эспадронов, как опытные и матерые мастера фехтования, готовящиеся к быстрой и беспощадной схватке.

«Наверное, когда вместе в Хотин ездили, поцапались не на шутку… а жаль… в общем-то, два сапога пара…» – подумалось Светлейшему, который с интересом опытного кукловода наблюдал за разборками своих любимцев, но дальнейшего развития конфликта вовсе не желал. «Ежели из-за постельных дел, то тут у Шарля шансов нет… София у меня заточена на другой уровень…»

Оппонентом прекрасной гречанки был глава дома де Линь, уходящего корнями к крестовым походам двенадцатого века, – принц Шарль-Жозеф де Линь-старший, с честью носящий целую кучу чинов и титулов, а также прозвище «Принц Европы».

Пятидесятипятилетний седой элегантный кавалер, которым восхищались и с которым дружили многие великие мира сего, был не только бесстрашным воином, влюбленным в войну, но и политиком, дипломатом и литератором. Именно из его мемуаров, а де Линь оставил нам тридцать два тома сочинений, мы, читатель, можем почувствовать терпкий вкус той просвещенной и революционной эпохи конца XVIII века… Потёмкин его обожал.

– «Чтобы нравиться, не обязательно быть правым», – процитировал князь громогласно один из известнейших афоризмов принца и, обняв обоих драчунов за плечи, стал потихоньку вклиниваться меж ними всем своим внушительным торсом. Ни дать ни взять рефери на ринге, разнимающий боксеров, вошедших в клинч.