Генерал де Голль и Россия

При этом отношения между союзниками ненамного проще. Президентская предвыборная кампания, противопоставившая Никсона Кеннеди, беспокоит генерала. Возобновит ли вновь избранный президент провокации, которые привели к провалу саммита? Или же предпочтет пойти на уступки Москве, чтобы установить диалог между двумя мировыми сверхдержавами, не включая в него остальных? После избрания Кеннеди и как только проявляются первые признаки завязывания диалога между Кеннеди и Хрущевым, генерал пытается утвердить место Франции в новой конфигурации сил. В конце мая он принимает нового американского президента в Париже. Блеск этого визита – совершенно исключителен, все силы брошены на то, чтобы убедить американского президента в могуществе Франции и ее способности сохранить свою роль в европейском строительстве. Беседуя с Кеннеди, генерал де Голль пытается убедить его, что Франция, друг США, не является их помощником, но, как он часто повторяет и пишет, «действует самостоятельно».

Кеннеди должен встретиться с Хрущевым в Вене, сразу же после отъезда из Франции. Генерала мучают опасения, что между ними наладится взаимный диалог, диалог только между Вашингтоном и Москвой, не включающий другие страны, и прежде всего Францию. Потому он попытался убедить своего собеседника в трудности установления связей с Москвой, в двуличности Хрущева и необходимости действовать совместно для его нейтрализации. Относительно германского вопроса он тем более настойчив, что знает стремление Хрущева включать его в повестку дня всякий раз, когда ему предоставляется для этого повод, чтобы все глубже утверждать свою позицию. Генерал также знает, что Кеннеди, обеспокоенный советской инициативой в Германии, склоняется к переговорам, чтобы, как говорит он, избежать худшего. Генерал возражает ему, отмечая, что все переговоры будут тщетными и уступки, на которые пытаются идти Кеннеди и Макмиллан, лишь повлекут за собой другие. Только единый фронт западных стран по этому ключевому вопросу, их согласованная твердая позиция, их солидарность могут воздействовать на Хрущева и предотвратить кризис, которого страшится президент США. «Нужно дать понять Хрущеву, что если вокруг Берлина разразится битва, то это будет войной», – настаивает президент Франции.

Встреча двух президентов великих держав в Вене, когда в ходе переговоров угроза войны постоянно витала в воздухе, заканчивается провалом. Хрущев понял, что не может рассчитывать на слабости западного лагеря или расхождения точек зрения внутри него, чтобы добиться своего. Он также знает, насколько твердость французского президента повлияла на ужесточение позиции Запада. Но он также понял, что в тот же самый момент генерал де Голль как никогда стеснен «алжирской гирей» и отчаянно ищет способы для разрешения ситуации. Самый несговорчивый из всех несговорчивых западных лидеров увяз в проблемах деколонизации. Хрущев делает отсюда вывод, что время проволочек прошло и настала пора для открытого столкновения101.