Маг и его тень [litres, с иллюстрациями]

— Будем в Йоле через три дня, — сказал Тибор, когда с дележом было закончено. — Там есть наместник императора и представительства Ковена Темных и Совета Светлых.

— Предлагаешь нам донести на самих себя? — недоверчиво уточнил Шор.

Судя по лицам остальных наемников, они подумали о том же самом.

— Предлагаю сделать так, чтобы наши имена не появились в списках «Разыскиваются за разбой», — ответил Тибор. — Нужно сообщить Ковену, Светлым и наместнику одновременно, потом исчезнуть, и пусть разбираются, кто это все затеял.

— С чего ты взял, что нас вообще начнут искать? — спросил Венд. — Отчего бы заказчикам нападения не предположить, что нас всех убили ящеры? Точного количества охранников они не знают, риеды на месте. Купец и приказчик… мало ли что могло с ними случиться. Отвезем Тлуша подальше, там прикончим и закопаем, никто не найдет.

— Нас будут разыскивать, — уверенно возразил пират. — Все наши имена записаны жрецами, принимавшими клятву. Ни императорские чиновники, ни заказчики не успокоятся, пока не доберутся сюда и не пересчитают трупы и товары. Даже если мы подожжем лагерь, есть магические способы определить, что именно сгорело. Заказчики будут охотиться за нами, потому что мы слишком много знаем, чиновники — потому что мы, кто выжил, для них первые подозреваемые. Но если мы расскажем о случившемся, хотя бы заказчикам мы станем не интересны.

— Если привезем с собой риеды, имперские чиновники тоже ни в чем нас не обвинят, — подал голос Ресан. — Если оставим здесь, станем пособниками в измене.

Венд молча покачал головой. Вот ведь упрямый мальчишка.

— Дорога займет трое суток, — напомнил Тибор. — Без риед у нас больше шансов добраться до Йоля живыми.

— Охотиться за нами будут в любом случае, — возразил Ресан.

— Тибор, мальчишка дело говорит, — сказал Нейтон. — Если мы привезем в Йоль риеды, чиновники оставят нас в покое.

Пират пожал плечами.

— Голосуйте, — предложил он. — Если большинство захочет рискнуть, я не буду возражать.

Один из законов Кашимы, — вспомнилось Венду. На корабле слово капитана закон, но на берегу важные решения принимает вся команда. Должно быть, по понятиям Тибора, сейчас, после сражения, они как раз оказались «на берегу».

Когда большинство высказалось за то, чтобы взять повозки с пластинами, Ресан буквально засветился от радости, а пират лишь скептически хмыкнул.

Выехали позднее, чем Тибор планировал. Позади остался разоренный лагерь с опрокинутыми повозками и разбросанными товарами, взрытой землей, трупами ящеров и общей могилой, в которой похоронили всех погибших. И там же остался Тлуш — вернее, тот, кого они знали под этим именем. Естественно, мертвый. Тибор настоял на том, чтобы труп лже-купца сожгли — среди товаров нашлось несколько кувшинов с горючей смесью, — а прах развеяли по ветру.

— Ты чувствуешь опасность? — спросил его Нейтон.

Пират кивнул, повел головой, словно принюхиваясь.

— Еще далеко.

Это успокаивало.