На сибирских ветрах. Всегда тринадцать
- Автор: Бартэн Александр Александрович
- Год: 1983
- Язык: русский
- Год: Советский писатель. Ленинградское отделение
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «На сибирских ветрах. Всегда тринадцать». Краткое содержание книги:
Роман «На сибирских ветрах» посвящен людям молодого, бурно развивающегося города Новинска, за четверть века поднявшегося среди вековой сибирской тайги. Герои романа — рабочие, инженеры, партийные и советские работники, архитекторы, строящие город, артисты Народного театра. Люди разных специальностей, они объединены творческим отношением к труду, стремлением сделать свой город еще красивее. Большое место в жизни молодых героев романа занимает искусство — оно помогает им жить яркой, наполненной жизнью.
Тема искусства становится основной в романе «Всегда тринадцать». Писатель показывает пути, которыми приходит молодежь в цирк, — заводские кружки, спорт, самодеятельность, цирковое училище. В романе раскрыта красота будничного труда артистов, безраздельно преданных своему искусству.
— Должен был бы уйти, — признался он. — Сама знаешь, ставка у меня пока скромная, побочных заработков не имею. Могу лишь позавидовать Бочкареву — видно, прирабатывает где-то.
— Не бойся! — рассмеялась Лариса и прильнула к мужу. — Лишнего от тебя не потребую. Только бы ты был со мной. А вот машину и мне хочется...
— Будет. Должна быть! — отозвался Курмышин.
Ночью он долго не мог уснуть, и мерещилось ему — не во сне, а как бы наяву, лишь через легкую сонливость, — будто и машиной обзавелся, и гараж для нее отстроил — просторный, утепленный, с моечным шлангом, специальным отсеком для инструментов... Мечтать так мечтать!
А еще через день разговор о машине возобновился, на этот раз в обеденный перерыв и по инициативе Бочкарева.
— Хотел вас спросить, Юрий Павлович, — начал он, — какого цвета желали бы иметь машину?
— О чем спрашиваете, Алексей Лаврентьевич! Только бы была!
— На этот счет не сомневайтесь, — уверенно кивнул Бочкарев. — С супругой приятеля я уже переговорил. Поставит в известность, как только вернется из санатория... Машины бывают самого разного цвета: бордовые, зеленые, бежевые... Слыхал, что еще такой имеется цвет — цвет банана.
— Мне бы бежевую! — дрогнул Курмышин.
— Пусть по-вашему будет, Юрий Павлович, — снова кивнул Бочкарев. — Так и запишем. Бежевую!
Корольков не забыл про свое обещание: в ближайший день отправился вечером к Ярчуку.
Тот ожидал. Встретил у подъезда.
— Гляжу в окно — идете. Тут они — и Володька, и Марина. Мешать разговору не стану. Вы построже с ними, Павел Игнатьевич!
Только теперь, войдя в подъезд, сообразил Корольков, что не очень-то понимает, какой придерживаться линии и что вообще опрометчиво было обещать какое-либо содействие: и вопрос деликатный, и дело зашло далеко... Отступать, однако, было поздно, и, сопровождаемый Ярчуком, Корольков вошел в комнату.
Владимир сидел за столом. Он сидел по одну сторону стола, а по другую — светловолосая девчушка: лицо круглое, аккуратная челочка, тоненькие брови. Они сидели, наклонясь вперед, и точно в гляделки играли — пристально и немигающе смотрели друг на дружку.
— Здравствуйте, — сказал Корольков. — С тобой, Володя, мы знакомы. А вот барышня...
— Это не барышня! Это Марина! — поправил Володя. Он явно старался изобразить независимость. — Марина Коржикова!
— Здравствуй, Марина, — кивнул Корольков и тоже сел за стол. — Ходить вокруг и около не собираюсь, так что вы, друзья, сразу мне разъясните: что происходит между вами?
— Неясно разве? — все тем же, будто и солидным, но ломким баском отозвался Володя. — Любовь! Вот что!
Позади, забыв о своем намерении уйти, сердито запыхтел Константин Ярчук.
— Ты, Костя, не задерживайся, если у тебя какое дело, — дипломатично сказал Корольков.
Еще раз кинув на брата уничтожающий взгляд, Ярчук исчез. И дверью стукнул напоследок.
— А мне оставаться? — оробело спросила Марина.
— О чем ты спрашиваешь, Коржик! Смешно! — вспыхнул Володя. — Зачем тебе уходить? Где я — там и ты!
— Ишь, самостоятельный! — усмехнулся Корольков. — До того самостоятельный, что чуть по мордасам у Константина не заработал!
— Попробовал бы!
— Тебе бы, парень, лучше сейчас помолчать. Как-никак на тебе большая ответственность. Ты ведь старше Марины.
— Ненамного, всего на полгода, — извиняюще вставила она.
— Дело не в одном только возрасте. Мужчина он. В первую очередь должен отвечать за свои поступки!
— А я что — в кусты? — снова вскинулся Володя. — Как раз напротив. С самого начала решил расписаться с Мариной!
— Решил! Легко у тебя получается... Советским законом браки регистрируются с восемнадцати лет. И это правильно. Какой из тебя, скажи на милость, супруг?
Такого вызова Володя перенести не мог. Вскочил и шумно выдохнул воздух, спереди во рту недоставало зуба, и это делало лицо особенно мальчишеским.
— Я вас уважаю, Павел Игнатьевич, как старшего товарища, но в данном случае...
— Хватит тебе кипятиться, — добродушно сказал Корольков, а Марина потянула Володю за рукав: не надо, мол, давай по-хорошему. Он переступил с ноги на ногу, еще раз сердито вздохнул и все же подчинился, снова сел к столу.
— Ты напрасно обижаешься, — продолжал Корольков. — Вопрос ведь идет не только о любви. Слыхал, что скоро вас не двое — трое будет!
Марина при последних словах вспыхнула, слезинки сверкнули в глазах.