Литературная Москва. Дома и судьбы, события и тайны
- Автор: Недошивин Вячеслав Михайлович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: АСТ
- ISBN: 978-5-17-119691-2
- Жанр: Путеводители, карты, атласы
Электронная книга - «Литературная Москва. Дома и судьбы, события и тайны». Краткое содержание книги:
В книге 320 московских адресов поэтов, писателей, критиков и просто «чернорабочих русской словесности» и ровно столько же рассказов автора о тех, кто жил по этим адресам. Каменная летопись книг, «география» поэзии и прозы и в то же время — захватывающие рассказы о том, как создавались в этих домах великие произведения, как авторам их спорилось, влюблялось и разводилось, стрелялось на дуэлях и писалось в предсмертных записках, истории о том, как они праздновали в этих сохранившихся домах творческие победы и встречали порой гонения, аресты, ссылки и расстрелы. Памятные события, литературные посиделки и журфиксы, сохранившиеся артефакты и упоминания прообразов и прототипов героев книг, тайны, ставшие явью и явь, до сих пор хранящая флёр тайны — всё это «от кирпичика до буквы» описано автором на документальной основе: на сохранившихся письмах, дневниках, мемуарах и последних изысканиях учёных.
Книга, этот необычный путеводитель по Москве, рассчитана как на поклонников и знатоков литературы, так и на специалистов — литературоведов, историков и москвоведов.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
А вообще в этом доме у Мейерхольдов бывала почти вся «культурная Россия»: Андрей Белый, Пастернак, Маяковский, Есенин, Балтрушайтис, Луначарский, Светлов, Зощенко, Шагинян, Эренбург, Сейфуллина, Третьяков, Гладков, Сельвинский, Герман, Паустовский, Вишневский, Раскольников, Эрдман, кинорежиссеры Эйзенштейн, Пырьев, актеры Книппер-Чехова, Ильинский, Качалов, Царев, художники Кончаловский, Петров-Водкин, Осмеркин, композиторы Прокофьев и Шостакович, а также и видные чекисты Ягода, Агранов (Сорендзон) и именитые иностранцы: Мальро, Пискатор и др.
Ныне на 2-м этаже — музей-квартира В. Э. Мейерхольда.
61. Брюсов пер., 15 (с.), — церковь Воскресения Словущего на Успенском Вражке (1620). Здесь находится икона «Взыскание погибших» (чудом спасенная и восстановленная), перед которой 27 января 1912 г., правда, в церкви Рождества Христова в Палашах (н. с.), венчались Марина Цветаева и Сергей Эфрон.
Икона «Взыскание погибших» из церкви в Брюсовом переулке
62. Брюсов пер., 21/11 (с. п.), — в дворовой части частично сохранившегося дома с 1847 по 1849 г. снимал квартиру драматург Александр Васильевич Сухово-Кобылин.
Вообще-то место это знаменитое. Когда-то, в начале XIX в., здесь, на участке А. Р. Брюса, стоял дом братьев, графов Андрея и Кирилла Гудович. С 1812 г. здесь жил московский военный губернатор И. В. Гудович.
Позже, в 1826–1829 гг., здесь жила вдова поэта, прозаика, драматурга, переводчика, генерала, сенатора, учителя императрицы Елизаветы Алексеевны и великих князей, а также наставника Г. Р. Державина и Н. М. Карамзина, попечителя Московского университета Михаила Никитича Муравьева — Екатерина Федоровна Муравьева (урожд. баронесса Колокольцова), мать декабристов Н. М. и А. М. Муравьевых. Отсюда она провожала в Сибирь почти всех жен осужденных декабристов, снабжая их деньгами, колясками, аптечками и пр.
Позже в этом не сохранившемся доме жил с 1830-х гг. философ, медик, физик и ботаник, педагог, профессор Московского университета — Иустин Евдокимович Дядьковский, который, пишут, принимал здесь поэта Дениса Давыдова, философа и публициста Чаадаева, а позднее — Гоголя, Белинского, Станкевича, Максимовича и др.
Но, повторяю, в частично сохранившемся новом доме этом снимал квартиру драматург Александр Сухово-Кобылин. А во флигеле этого дома он поселил свою возлюбленную, французскую модистку Луизу (Ивановну) Симон-Деманш. Через год, в ноябре 1850 г., ее найдут убитой, в чем долго (семь лет) подозревали самого драматурга.
Это — одна из самых громких тайн в истории русской литературы. Достаточно сказать, что этому делу были, спустя 80 лет после него, посвящены две исследовательские работы, по странному стечению обстоятельств (в этом «странном» деле) написанные однофамильцами. В 1927 г. в СССР вышла книга литературоведа Леонида Гроссмана «Преступление Сухово-Кобылина», а в 1936 г. — книга Виктора Гроссмана «Дело Сухово-Кобылина». Первый доказывал «вину» драматурга, второй — оправдывал его на основе «новых экспертиз». Словом — чистый детектив.
Что же случилось в Москве 7 ноября 1850 г.? В тот день аристократ, потомок боярина Андрея Кобылы, повеса и 34-летний будущий драматург Сухово-Кобылин в полном отчаянии обратился в полицию с требованием найти француженку-модистку Луизу Симон-Деманш, которая, как знала вся Москва, долгие годы была его «содержанкой». Он познакомился с ней в парижском ресторане и дал ей 1000 франков на переезд в Россию, а позже — обогатил капиталом в 60 тыс. рублей, подарил загородный особняк и снял квартиру в этом доме. И вот спустя сутки, 8 ноября, ее труп нашли в снегу недалеко от Ваганьковского кладбища. Горло ее, пишут, пересекала «поперечная, с рваными краями рана», ребра были переломаны и по всему телу обнаружены ссадины. Ограбление исключили, на убитой нашли бриллиантовые серьги и золотое кольцо.
А. В. Сухово-Кобылин
В доме Сухово-Кобылина, а он жил уже на Страстном бул., 9 (снесен в 2006 г.), был проведен обыск и обнаружены следы крови (33 пятна), правда, установить, принадлежали ли они убитой или, как утверждал хозяин, курице, которую недавно резали в сенях, не удалось. Сам «виновник» утверждал, что был в тот вечер в доме Нарышкина, в чью жену был влюблен, и что этому есть 15 свидетелей. Тем не менее он был арестован. Но почти сразу в убийстве признались повар хозяина, кучер и две дворовые девки, и через шесть дней будущий драматург вышел на свободу. Четверых «виновных» суд через 10 месяцев приговорил к каторге и ссылке, но спустя два месяца они отказались от показаний (повар, например, утверждал, что его, добиваясь признания вины, подвешивали на крюк) и все были якобы подкуплены драматургом. Когда дело дошло до Сената, оно было возобновлено, и весной 1854 г. Сухово-Кобылин был вновь арестован и доставлен на гауптвахту. Именно там — вот ирония судьбы! — в заключении, он и закончил («плод тюремной тоски») свою первую из трилогии пьесу «Свадьба Кречинского». Премьера, кстати, прошла с аншлагом в Малом театре еще до окончания следствия. По делу же об убийстве ничего нового не нашли (вопреки фактам)и драматурга выпустили. А в 1857 г. выпустили и приговоренных ранее повара и других. Дело было окончательно закрыто.