Литературная Москва. Дома и судьбы, события и тайны
- Автор: Недошивин Вячеслав Михайлович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: АСТ
- ISBN: 978-5-17-119691-2
- Жанр: Путеводители, карты, атласы
Электронная книга - «Литературная Москва. Дома и судьбы, события и тайны». Краткое содержание книги:
В книге 320 московских адресов поэтов, писателей, критиков и просто «чернорабочих русской словесности» и ровно столько же рассказов автора о тех, кто жил по этим адресам. Каменная летопись книг, «география» поэзии и прозы и в то же время — захватывающие рассказы о том, как создавались в этих домах великие произведения, как авторам их спорилось, влюблялось и разводилось, стрелялось на дуэлях и писалось в предсмертных записках, истории о том, как они праздновали в этих сохранившихся домах творческие победы и встречали порой гонения, аресты, ссылки и расстрелы. Памятные события, литературные посиделки и журфиксы, сохранившиеся артефакты и упоминания прообразов и прототипов героев книг, тайны, ставшие явью и явь, до сих пор хранящая флёр тайны — всё это «от кирпичика до буквы» описано автором на документальной основе: на сохранившихся письмах, дневниках, мемуарах и последних изысканиях учёных.
Книга, этот необычный путеводитель по Москве, рассчитана как на поклонников и знатоков литературы, так и на специалистов — литературоведов, историков и москвоведов.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
— На любом пикнике, да и вообще в мужской компании, в основном говорят о женщинах, о службе в армии и о работе. Все это мужиков объединяет. О чем говорили на пикнике?
— Что мы отстаем в электронике. Что у них недавно заменяли ЭВМ „Минск“, я забыла порядковый номер, эти допотопные шкафы, на современный японский компьютер.
— Вот вы сидите, разговоры идут справа от вас, слева и напротив, и все в пределах слышимости. На что вы обратили внимание в их разговорах, что вас заинтересовало?
— Что в универмаге „Москва“ выбросили женские сапоги „Саламандра“, все мужики лаборатории побежали покупать своим женам. А один метался между полок в растерянности. Он хотел купить сапоги любовнице, но не знал ее размера. Все очень смеялись.
Еровшин открыл свой кейс и достал книгу-карту, быстро перелистал ее.
— Ленинский проспект, универмаг „Москва“. В двухстах метрах от него — институт электроники.
Еровшин набрал номер телефона.
— Институт электроники. Ленинский проспект. Георгий Иванович, слесарь, механик, приборист, посмотри допуски секретности…
— Да, — вспомнила Катерина, — он ездил в Ригу в командировку на завод ВЭФ. Вернулся четвертого ноября…
— Возраст?
— От сорока до сорока трех.
— От тридцати восьми до сорока пяти, — сообщил в телефон Еровшин. — Жду!
— Вы не сказали, куда позвонить, — напомнила Катерина.
— Он знает, — ответил Еровшин, — у них телефон с определителем номера.
— А если из телефона-автомата?
— Все телефоны-автоматы тоже имеют номера.
Зазвонил телефон, Еровшин снял трубку.
— Да. Да. Да. Записываю. Скоков Георгий Иванович, сорок второго года рождения, Малая Бронная, двенадцать, сорок вторая. Да, да. Понятно. Будем через пятнадцать минут, — и положил трубку.
— Знаешь что, тебе не нужно ездить, — обратился он к Катерине. — В такой ситуации начнется выяснение, кто виноват, слово за слово — и потом будет еще труднее поправить. Поедет Николай. Мы его подвезем и по дороге проинструктируем. И он привезет его сюда. Здесь ты на родной территории, рядом будет Людмила, она в любой ситуации сориентируется.
— Он не поедет ко мне, — произнесла Катерина.
— Поедет, — сказал Еровшин. — Такие женщины, как ты, на каждом шагу не валяются. Зови Николая!
Николай вошел в кухню.
— Мы его нашли, — сообщил Еровшин. — Но у тебя будет сегодня сложная и ответственная задача — доставить его сюда. Мы посовещались и пришли к выводу, что только ты сможешь это сделать.
— Задание понято.
— О подробностях предстоящей операции поговорим в машине.
— Я готов. — Николай налил себе водки, выпил и щелкнул каблуками ботинок.
Николая высадили у дома на Малой Бронной, где жил Гога.
— Напор и уверенность! — напутствовал Еровшин. — В таких ситуациях аргументы не так уж и важны. Действуй по принципу „сам дурак!“.
— Не понял, — удивился Николай.
— Поясняю. Он говорит, что его обманули. Ты говоришь — сам обманулся.
— Такие факты есть, — подтвердил Николай.
— А главный довод — поехали, там разберемся!
— А если не поедет?
— Тогда звони Катерине, пусть приезжает сама…
— А если попытается скрыться?
— Попытайся остановить.
— А если он применит силу?
— И ты примени тоже.
— А если нас заберут в милицию за драку?
— Очень хорошо. Катерина приедет его выручать. А тебя Антонина.
— Ладно. Попытаюсь обойтись без драки…»
Такая вот история… Но — выскажу свое мнение — может, и хорошо, что этот эпизод был исключен из сценария. Ведь в любви без чудес не бывает, разве не так? Да впрочем — и в настоящей литературе.
Кстати, в этом же доме и в те же годы — с 1980-х и до 2002 г. — жили два человека, имевшие отношение и к «чудесам» литературы, и к кино. Да, здесь жили в те же годы прозаик, историк, секретарь Союза писателей Москвы (1991−1995), лауреат Госпремии СССР (1987) Юрий Владимирович Давыдов и его жена — телекритик, публицист, обозреватель Слава (Бронислава) Тарощина (С. Н. Тарощина).
59. Бронная Мал. ул., 21/13 (с.), — Ж. — с 1927 до 1937 г., до своего ареста — поэт-футурист, прозаик, драматург, сценарист, переводчик, редактор журнала «Новый ЛЕФ» — Сергей Михайлович Третьяков. Б. — Б. А. Пильняк (Вогау), М. Е. Кольцов, Л. Ю. Брик, (предположительно) В. Э. Мейерхольд, а также (совсем не предположительно) — Б. Брехт, Р. Альберти, Ф. Вольф, Г. Эйслер и многие другие.
В 1929−1930 гг. в этом же доме жили Осип Эмильевич Мандельштам и его жена Надежда Яковлевна Мандельштам (урожд. Хазина). Б. — Б. А. Пильняк (Вогау), А. А. Ахматова, М. А. Зенкевич, С. И. Кирсанов, С. И. Липкин, Э. Г. Герштейн, искусствовед А. Г. Габричевский, Л. В. Горнунг и др.