Северные амуры

— Тебе виднее, святой отец! — покорно ответил отец жениха.

Мулла знал, что за освящение бракосочетания он получит десятую часть калыма, и потому сказал с восторгом:

— Значит, приступим!.. Но сперва возблагодарим Аллаха за обильную трапезу. Аллаху акбар!

Гости погладили лица, бороды ладонями и хором затянули:

— Аллаху акбар!

Мулла обратился к отцу невесты — начальнику кантона Бурангулу за согласием свершить никах.

— Читайте! — сухо сказал тот. То ли от высокомерия, то ли от неодобрения поспешного брака Бурангул угрюмо молчал за обедом.

Один из молодых гостей неосторожно спросил:

— Разве свершается никах без жениха и невесты?

Соседи затолкали его локтями в бок:

— И без тебя знают!

— Не суйся с советами!

Мулла грозно осадил дерзкого юношу:

— Ни стыда, ни совести! Есть, кажется, почтенные хранители благочестия. Никах — родительская клятва.

Старики молчанием одобрили это свидетельство служителя мечети.

Мулла взял Коран и внятно, отчетливо прочел суру о таинстве брака.

— Согласен ли ты взять в жены сыну своему Сафию, законную дочь начальника кантона Бурангула? — спросил он строго Ильмурзу.

— Согласен.

— А сын согласен?

— И сын согласен.

— Согласен ли ты отдать дочь свою Сафию за законного сына Ильмурзы Кахыма? — обратился мулла к Бурангулу.

— Согласен.

— А дочь согласна?

— Стану я ее спрашивать! — побагровел Бурангул. — В нашем роду судьбу дочери неизменно решал отец!