Северные амуры
- Автор: Хамматов Яныбай Хамматович
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Китап
- Переводчик: Виталий Василевский
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «Северные амуры». Краткое содержание книги:
Роман написан по мотивам башкирского героического эпоса и по архивным материалам.
Глубокомысленный разговор не помешал сватам опустошить весь самовар. Пока кипятили заново, Ильмурза, как и подобает благовоспитанному гостю, опрокинул чашку вверх дном, а на донышко положил уцелевший кусочек сахару.
Таков незыблемый церемониал чаепития.
Принесли кипящий, бурлящий самовар.
Хозяин с укором показал гостю на опрокинутую чашку:
— Кода, кода, не рано ли?
— Напился досыта, спасибо, сватушка, спасибо!
— Кто же из башкир так мало пьет чаю? Как воробышек!.. И сахар вон остался. Ну одну-то чашку осилишь!
— Исключительно из уважения, сватушка! — Ильмурза положил в рот сахар и протянул хозяину перевернутую чашку.
Снова начались увлекательные разговоры, и гость уже не сопротивлялся и безмолвно протягивал Бурангулу очередную пустую чашку, а тот подставлял ее под кран.
Раскинувшись на подушках, Ильмурза сопел, потел, глотал душистый напиток и полотенцем вытирал шею и голову.
Служка унес на кухню и второй, до капельки выпитый сватами самовар.
Привычная Ильмурзе и Бурангулу игра продолжалась.
На этот раз гость спрятал чашку под полу своего нарядного бешмета.
Едва на праздничной скатерти появился третий, исходивший паром самовар, хозяин возобновил натиск:
— Кода, кода, еще одну!.. Мы еще и свах не поминали по-доброму, по-родственному!
— Не могу, кода, спасибо! Рахмат!
— Всего одну чашечку!
— Места в брюхе не осталось.
— Чай, известно, выходит потом!..
— Потому и полотенце хоть выжимай! — хихикнул Ильмурза.
— Значит, изрядно вспотел и место освободилось еще для одной чашечки!
— Совестно так упиваться.
— И совсем не совестно! Когда мы еще вот так посидим у самовара с душевными разговорами?
— И верно, жизнь проходит в суете, в хлопотах, в служебных делах! — завел Ильмурза.
— Вот видишь!
— Но только последнюю, кода!
— Ладно уж, последнюю!
Когда служка унес и третий самовар, ставший удивительно легким, сваты совершили приятное путешествие в дальний угол двора, а затем умылись, почистились, и в темных бешметах отправились к вечернему намазу.
21
Через неделю после заключения калыма начальник кантона пригласил к себе друзей, родственников и муллу оренбургской катайской мечети[21]. Усадив их на нары, застеленные паласами, вокруг парадной скатерти, он начал осторожно:
— Собрал вас, почтенные, чтобы сообщить важную новость.
Гости насторожились, а мулла, восседавший на самых мягких подушках и на самом почетном месте, возгласил:
— Заранее благословляю на святое дело, ибо ты, господин, замыслить неправедное дело не способен.
Бурангул поклонился мулле за столь лестные слова и продолжал:
— Моя любимая дочь Сафия, которую я лелеял и холил, вошла в брачную пору. Я отдаю ее достойному джигиту. Мы уже пили со сватом обручальный чай и договорились о калыме. Послезавтра милости прошу ко мне в дом на исяп кабул[22].
Собравшиеся радостно откликнулись:
— В добрый час!
— Из какого рода жених?
— Да сбудутся твои желания, хозяин!
А мулла благостно сказал:
— Всевышний благословит молодых счастьем, богатством, многочадием!
Теперь надо было рассказать о женихе, о его родителях, и Бурангул отважно пустился в пространные объяснения, чтобы хоть как-то оправдать, что отдает дочь в семью старшины юрта:
— Родители жениха из тамьянского рода. Отец его Ильмурза воевал против Турции вместе с князем Волконским и пользуется доныне его благоволением. Ильмурза-агай — богат. Зауряд-хорунжий!
За всех ответил мулла, а гости согласно кивали и улыбались в бороды:
— Мы видим с глубоким удовлетворением, что отец твоего жениха — добронравный правоверный. Нет сомнения, что он воспитал сына в строгих правилах веры и добродетели.
Бурангул после этого расхрабрился и продолжал пылко:
— С женихом Кахымом дружит молодой князь Волконский, он ездил с Кахымом в деревню и останавливался в доме Ильмурзы, старшины юрта…
«Удачно я вставил старшину, — и заметно, и незаметно!» — похвалил себя Бурангул и добавил самое существенное, прибереженное им напоследок:
— Именно по совету молодого князя их сиятельство генерал-губернатор посылает осенью Кахыма в Петербург, в военную академию.
Это сообщение, как и ожидал Бурангул, вызвало одобрительный гул:
— И мы не опозоримся перед таким сватом и таким женихом!
А родственники заверили:
— Да-да, и мы не ударим лицом в грязь!
21
Катайская мечеть принадлежала башкирам катайского рода.
22
Исяп кабул — малая свадьба.