Лунный камень [дореволюционный перевод из «Русского вестника», современная орфография]

Следующий и окончательный шаг в предпринятых розысках довел дела, как говорится, до кризиса. Надзиратель имел с моею госпожой свидание (при котором присутствовал и я); объявил ей, что алмаз, по всей вероятности, похищен кем-нибудь из домашних, и просил для себя и для своих помощников позволение немедленно обыскать комнаты и сундуки прислуги. Наша добрая госпожа, как женщина великодушная и благовоспитанная, — отвечала, что не позволит обходиться с своими служителями как с ворами.

— Никогда не решусь я, — сказала она, — отплатить неблагодарностию за усердие моих преданных слуг.

После такого ответа надзиратель стал откланиваться, бросив в мою сторону взгляд, который ясно говорил: «Зачем было звать меня, коли вы связываете мне руки?» Как глава прислуги, я тотчас же почувствовал, что справедливость обязывает вас всех не злоупотреблять великодушием вашей госпожи.

— Мы весьма признательны миледи, — сказал я, — но просим позволения исполнить все по закону и сами отдаем ваши ключи. Если Габриель Бетередж первый покажет пример, — сказал я, останавливая у двери мистера Сигрева, — то вся прислуга поступит также. За это я ручаюсь. Вот вам прежде всего мои собственные ключи!

Миледи взяла меня за руку и со слезами на глазах благодарила за этот поступок. Боже! чего бы не дал я в эту минуту за позволение поколотить надзирателя Сигрева!

Остальные слуги, как я и ожидал, последовали моему примеру, и хотя не совсем охотно, однако решились действовать заодно со мной. Нужно было видеть женщин в то время, когда полицейские рылись в их сундуках. Кухарка так смотрела на надзирателя, как будто ей хотелось посадить, его в печь живого, а остальные женщины словно готовились проглотить его, как только он поджарится.

Когда обыск кончился, и нигде не нашлось даже и следа алмаза, надзиратель Сигрев удалился в мою маленькую комнату, чтобы составить себе дальнейший план действий. Уже несколько часов провел он в нашем доме с своими помощниками, а между тем мы ни на волос не подвинулись в разыскании Лунного камня, и его таинственного похитителя. Пока мистер Сигрев сидел один, погруженный в свои размышления, меня позвали к мистеру Франклину в библиотеку. Но едва успел я дотронуться до ручки двери, как она внезапно отворилась изнутри, и к моему величайшему удивлению, из комнаты выскочила Розанна Сперман!

Библиотеку обыкновенно подметали и убирали поутру, после чего в продолжение целого дня ни первой, ни второй горничной не зачем было являться в эту комнату, а потому я тут же остановил Розанну Сперман, уличая ее в нарушении домашней дисциплины.