Лунный камень [дореволюционный перевод из «Русского вестника», современная орфография]

— Мне нечего сообщать г. надзирателю, — сказала мисс Рэйчел, — и я никого не в состоянии принять теперь.

Наш опытный служака был чрезвычайно удивлен и даже оскорблен подобным ответом; но я поспешил уверить его, что барышня нездорова, и просил повременить немного свиданием с нею. После того мы сошли вниз, где нам попалась навстречу мистер Годфрей и мистер Франклин, проходившие через залу.

Оба джентльмена, в качестве временных обитателей дома, приглашены были рассказать с своей стороны все могущее продать свет на разбираемое дело. Но и тот, и другой объявила, что им ровно ничего неизвестно. Не слыхала ли они в прошлую ночь какого подозрительного шума? спрашивал надзиратель. Ничего не слыхали, кроме шума дождя.

— А вы, — обратился он ко мне, — также ничего не слыхали, лежа без сна долее других?

— Решительно ничего!

Освобожденный от дальнейших расспросов, мистер Франклин, все еще отчаиваясь в успехе предприятия, шепнул мне на ухо: «Этот господин не окажет нам ни малейшей помощи. Надзиратель Сигрев настоящий осел». Между тем как мистер Годфрей, окончив свои показания, шептал мне с другой стороны: «Сейчас видно, что это знаток своего дела! Я сильно на него надеюсь, Бетередж!»

Сколько людей, столько же и различных мнений, — так сказал еще до меня один из древних философов. Чтобы продолжить свои исследования, надзиратель снова вернулся в будуар, неотступно сопровождаемый мною и Пепелопой. Он хотел удостовериться, не переставлена ли была ночью какая-нибудь мебель, так как поверхностный осмотр комнаты не дал ему возможности убедиться в этом.

Между тем как мы шарили около столов и стульев, дверь спальни внезапно отворилась, и мисс Рэйчел, никого к себе не допускавшая, ко всеобщему удивлению вышла к нам без всякого вызова. Взяв со стула свою круглую садовую шляпку, она прямо подошла к Пенелопе с следующим вопросом:

— Мистер Франклин Блек посылал вас сегодня утром ко мне?

— Да, мисс, посылал.

— Он желал говорить со мною, не так ли?

— Точно так, мисс.

— Где же он теперь?

Слыша голоса на террасе, я выглянул из окошка и увидал ходивших по ней джентльменов.

— Мистер Франклин на террасе, мисс, — отвечал я за свою дочь.

Не сказав более на слова, не обратив ни малейшего внимания на надзирателя, хотевшего было заговорить с ней, бледная как смерть и погруженная в свои собственные мысли, мисс Рэйчел вышла из комнаты и спустилась на террасу к своим двоюродным братьям.

Сознаюсь, что я нарушил в этом случае должное к моим господам уважение, что я оскорбил приличие и выказал недостаток хороших манер, но хоть зарежьте меня, а я не в силах был удержаться от покушения посмотреть из окошка, как встретится мисс Рэйчел с джентльменами. Она прямо подошла к мистеру Франклину, словно не замечая присутствие мистера Годфрея, который из скромности отошел в стороне и оставил их вдвоем. Мисс Рэйчел говорила не долго, но с большою запальчивостию; а судя по лицу мистера Франклина, которое я наблюдал из окна, слова ее привели его в неописанное изумление.