Золотой кол
- Автор: Отунчиев Элуубай
- Год: 1982
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- Переводчик: А. Атамбаев
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Золотой кол». Краткое содержание книги:
В повести «Дорога» действие происходит в годы Великой Отечественной войны в одном из колхозов Киргизии. Автор показывает нелегкую жизнь девушки Тунук, ее драматическую судьбу, в которой переплелись элементы старого и нового уклада жизни.
Остальные произведения затрагивают социальные, морально-этические проблемы, они посвящены жизни тружеников села.
«Эх, дура я, дура! — корила себя Уулча. — Это же я уговорила ее поехать с нами на джайлоо. Воздух горный, мол, и мы рядом будем. А если она умрет сейчас по дороге?.. Эх, успеть бы до врача добраться! — с тревогой подумала она. — Чертова молоковозка! Вечно приезжает, когда не надо! Сейчас бы машину…»
— Потерпи, Тунук, уже до Волчьего брода доехали…
Увидев воду, кони кинулись к реке, и Карагул едва успел натянуть вожжи. Остановившись как вкопанные, кони жадно пили воду, не обращая внимания на понукания Карагула.
— Ты что, заснул? Езжай! — крикнула Уулча.
Карагул хлестнул коней плетью. Лошади тронулись, колеса застучали о каменистое дно реки. Внезапно телега резко остановилась, зацепившись за что-то колесом. Кони попятились назад, потом опять потянулись к воде.
— Проклятье! — Карагул бросил вожжи, нагнулся к воде. В темном зеркале реки неясно отражалась бледная луна, чернели кусты камыша по берегам. Казалось, что телега плывет по реке, будто корабль. Наконец кони напились, подняли головы, звеня удилами.
— Ты чего расселся! — сердито закричала Уулча.
Тунук вздрагивала от боли, стонала.
Карагул хлестнул лошадей. Кони рванули вперед, но телега даже не тронулась с места. Видно, колеса за что-то зацепились. Кони судорожно дергали телегу, но она не сдвигалась с места.
Карагул снял сапоги, закатав штаны, полез в воду.
— Чтоб тебя… За такую каменюгу зацепились!..
Он хорошенько ухватился за камень, дернул изо всех сил, но тот даже не пошевелился. Взяв камчу, Карагул рукояткой подрыл под камнем, навалился опять. Но снова без толку.
А Тунук стало еще хуже. Уулча и Кербез испуганно зашептались между собой.
— Ты бы поискал железяку какую-нибудь! — сердито крикнула мужу Уулча.
Карагул послушно вылез на берег. «Хоть бы она благополучно родила», — думал он, бегая в поисках подходящей палки, пока не наткнулся на торчащий из земли длинный железный штырь. С трудом, напрягая все силы, он выворотил его из земли и побежал, прихрамывая, обратно к телеге.
— Карагул! С тебя сююнче! Сююнче[11] — еще издали радостно закричала Кербез.
— Мед тебе на уста! Проси все, что хочешь! — обрадованно крикнул Карагул. — Мальчик или девочка?
— Девочка! — ответила Уулча.
Ребенок заливался криком. Уулча и Кербез суетились, мешая друг другу.
— Пусть жизнь у нашей дочки будет долгой и чистой, как вода! Ведь она родилась в реке, которая поит весь наш колхоз. Значит, она будет счастливой! Это я точно говорю! Будет счастливой! Счастливой! — закричал Карагул.
«Девочка!..» — услышав это слово, Тунук открыла глаза и снова бессильно прикрыла их. Через некоторое время она пришла в себя. Увидев на руках Кербез кричащий розовый комочек, Тунук протянула к нему руки, бережно взяла новорожденного, чувствуя, как счастье переполняет ее.
Подняв глаза к небу, Тунук нашла Полярную звезду. Она, как всегда, была на своем месте. «Звездочка моя, вера моя, надежда моя…» — глаза Тунук наполнились слезами. Она перевела взгляд на копошащийся в ее руках розовый комочек.
— Мы назовем ее Нур! — неожиданно обрадованно воскликнула Уулча.
— Да, Нур! — поддержала Кербез.
12 сентября 1973 года.
Село Чимкент.
ЭКЗАМЕНЫ УМАРА
Дорога вышла из ущелья. Угрюмые скалистые горы сменились низкими рыжими холмами. По синему бездонному небу беззаботно плыло одинокое белое облачко.
Запылившийся старенький автобус, похожий на взмыленного долгим бегом коня, затормозил на повороте. Здесь от шоссе отходила грунтовая дорога, ведущая к райцентру. Высадив одного из пассажиров — молодого паренька с чемоданом в руке, — автобус, надсадно ревя, покатил дальше…
Умар тихо брел по пыльной дороге, то и дело перекладывая из руки в руку тяжеленный чемодан, который, казалось, был набит не книгами, а слитками свинца. Совсем недавно он уезжал по этой дороге в город, уезжал, полный надежд… Ему вспомнилось, как провожала его мать, долго не отпускала от себя, целовала снова и снова:
— Береги себя, сынок. Не ходи один по городу. Пиши почаще. Жеребеночек мой, дай бог тебе удачи…
«Мама… — глаза Умара наполнились слезами. — Я не поступил, мама. Как я скажу тебе об этом… Не поступил… не поступил…» Слезы уже безостановочно текли по лицу паренька, но он не замечал этого.
Ах, юность, юность! Как прекрасна и как быстротечна ты! И безбрежна каждая радость в юности, и беспросветной кажется любая горесть. И вместе с каждой неудачей, обидой, горем взрослеет человек. И слезы юноши — это слезы взросления.
11
Сююнче — подарок за радостную весть.