Реактор. Черная быль

Дверь квартиры на Кутузовском проспекте открыл дежурный милиционер. Едва войдя, Щербицкий увидел улыбающегося хозяина. Троекратно расцеловав гостя, Брежнев произнес:

– Тебя, Володя, теща любит!– и пояснил: – Примета есть такая народная, если гость к столу приходит, значит, его теща любит. А ты аккурат к ужину явился.

– Ну, раз к ужину, то принимай, – и он достал из портфеля добрый шмат за версту пахнущего чесноком украинского сала.

– Без горилки в глотку не полезет, – прошамкал Брежнев.

– Привез и горилку, как без нее?

Направились в столовую. На пороге генсек спросил старого друга:

– Ну а новый анекдот про меня ты з Кыеву привез?

Зная эту страсть Брежнева слушать анекдоты про самого себя, Щербицкий рассказал:

– Выходишь ты, значит, из дому, а Вика, Виктория Петровна, вслед тебе кричит: «Лёня, Лёня, куда пошел? Брови забыл!»

Брежнев хохотнул и, лукаво улыбаясь, поинтересовался:

– А ты знаешь, Володя, как я в Кремле посла Ганы принимал? Ага, не знаешь, так слушай. «В газетах опубликовано сообщение ТАСС: вчера в Кремле Генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев принял посла Ганы за посла Уганды».

Беззаботно смеясь, они прошли в столовую. Ужин прошел непринужденно. Брежнев радушно потчевал дорогого друга. Придвинув к нему тарелку с необычного вида колбасой, порекомендовал:

– Это конская колбаса, делается из мяса молодого жеребенка, мне Шурик3 прислал из Ташкента. Да ты ешь, Володя, ешь. Она не только вкусная, но и для нас, мужиков, очень даже полезная.

– В каком смысле?

– В каком, каком, – хмыкнул Брежнев. – Что ты как маленький. В прямом смысле – узбеки ее называют«узбекская виагра».

Кофе им подали на небольшой балкон, где стояли плетеные кресла и стеклянный столик. Вместе с кофе принесли вазочку с восточными сладостями – явно тоже дары из солнечного Ташкента, и невзрачно-серую, но очень пахучую дыню.

– Обязательно отведай, – снова посоветовал Леонид Ильич. – Ты не гляди, что она такая, на дыню не похожая. Называется «волчья голова», это самая сладкая дыня на свете и растет в одном-единственном месте в мире – на юге Узбекистана, в Хорезме.

Брежнев, воровато озираясь, достал из кармана домашней куртки пачку сигарет «Краснопресненские» и предупредил:

– Если Вика появится, скажешь, что ты курил.

В многочисленных фильмах о Брежневе, снятых уже после его смерти, показывали, как генсек, таясь от всех, втихаря курит американские «Мальборо». На самом деле к заморским сигаретам Леонид Ильич так и не привык, и для него на московской фабрике «Ява» специально изготавливали сигареты «Краснопресненские» из отборных сортов табака.