Чудеса в решете, или Веселые и невеселые побасенки из века минувшего
- Автор: Черная Людмила Борисовна
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Новое литературное обозрение
- ISBN: 978-5-4448-1650-9
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Чудеса в решете, или Веселые и невеселые побасенки из века минувшего». Краткое содержание книги:
«Теперь мне 103. Вышли в свет две мои толстые книги. Пишу третью, хотя не уверена, допишу ли. Когда работаю, рука не дрожит. А когда раз в три месяца помощница Лена привозит меня в Сбербанк и надо расписаться за пенсию, руки начинают дрожать… Чудеса…»
Возможно, разгадка удивительной душевной молодости Людмилы Чёрной — в ее захваченности, очарованности жизнью и в самодисциплине. Высказываемые в книге суждения и оценки порой звучат вызывающе остро — тем интереснее знакомиться с образом мыслей автора и ее восприятием текущих событий. Перед нами не только свидетельство ровесницы «короткого XX века», но и, по выражению Н. С. Лескова, феномен «уходящей натуры».
Людмила Чёрная (р. 1917) работала журналисткой-международницей, переводила художественную литературу (Г. Бёлль, Э. М. Ремарк, А. Дёблин, Ф. Дюрренматт). Вместе с мужем, историком Д. Е. Меламидом, исследовала нацистский режим в Германии и написала книгу о Гитлере «Преступник номер 1». Издала в «НЛО» книгу мемуаров «Косой дождь» (2015) и публицистический сборник «Записки Обыкновенной Говорящей Лошади» (2018).
И, во-вторых, из-за того, что нашего сына вынудили навсегда покинуть страну. Очевидно, прямой инструкции не подписывать не было. Редактор Ада Георгиевна Мартынова вообще ничего не знала об Алике. Но у главного редактора наверняка сработала созданная советскими интеллигентами-чиновниками защитная реакция, которую они трансформировали в удобную форму: из-за этой работы (книги, спектакля, картины, выступления) не стоит рисковать…
Кстати, когда «Империя смерти» вышла, директор Поляков ставил ее в пример — она исправно кормила издательство. Видимо, тираж — 300 тысяч — допечатывали!
После «Империи смерти» я быстро, уже только под собственной фамилией, издала в том же «Политиздате», переименованном в «Республику», книгу с биографиями Гитлера, Геринга, Гиммлера, Геббельса, Бормана, Риббентропа. Муж предложил назвать эти биографии «Коричневая номенклатура». Не вышло. Назвали «Коричневые диктаторы» — довольно дурацкий заголовок.
Тираж «Коричневых диктаторов» был 50 тысяч. Всего-навсего.
Эти книги не принесли ни славы, ни особых денег. Но я рада, что они вышли, — мне всегда хочется доделать работу до конца.
Кстати, о деньгах. «Преступник…» кормил долго и нас, и издательство АПН. В капстранах его, конечно, не стали печатать: у них к тому времени была уйма своих книг о Гитлере и о нацистском режиме. Но в соцстранах книгу охотно издавали. Гонорары нам переводили на Внешэкономбанк.
Так мы жили в 1980-х. А в 1990-х с деньгами от книг по фашизму шло по нисходящей… Правда, в 1991-м переиздали с моей очень серьезной правкой «Преступника…» (тираж 100 тысяч). И очень беспокоились: достаточно ли смело (!) звучит книга, достаточно ли современно… — словом, поворот на 180 градусов. Альберт Беляев, который угробил «Гитлера» в «Новом мире», став главным редактором газеты «Культура», прислал к нам домой своего сотрудника, дабы тот во что бы то ни стало взял у нас фрагменты готовящейся «Империи смерти». С названием «Империя смерти» была вообще потеха. Рейган назвал нашу страну «империей зла», но все начальники делали вид, будто этого не знают. Однако в издательстве «Политика», вспоминая о нашей книге, постоянно вместо «Империя смерти» говорили «империя зла»… На языке вертелось.
Уже после кончины мужа, в 1998 году, переиздали в Ростове-на-Дону, в так называемом «красном поясе», «Коричневых диктаторов» тиражом… 10 тысяч экземпляров, а в 2000 году в Москве, в издательстве «Вече» — «Империю смерти». Имя «Д. Мельников» стояло в черной рамке. И тут тираж был 10 000 экземпляров.
Да, дважды в одну реку войти нельзя… Главная книга отжила свой век. Кстати, он пришелся на 1960-е… К сожалению, не отжила своего тема фашизма — напротив, она становилась все актуальней.
В 1990-е в Москве появились на столиках-прилавках рядом со станциями метро и перед Музеем Революции бесчисленное множество коричневых газетенок, журнальчиков, книг со свастиками и с портретами Гитлера. В одной из таких газетенок — кажется, она называлась «Русское воскресение» — были наши с мужем фотографии с обложки «Преступника…» и подпись: «Вот кто мешает нам познакомиться с Адольфом Алоизовичем Гитлером».
Газетенку нам принесли, и мы особенно умилились тому, что Гитлер был назван на русский манер — по имени-отчеству («А по батюшке вас как?»). Дескать, этот фашист номер 1 — наш, исконно наш.
Так в первый раз русские неонацисты откликнулись на «Преступника…». Но вот прошло какое-то время, мужа не стало, и кто-то из знакомых сказал мне, что отрывок из нашей книги «Преступник номер 1» служит послесловием к книге «Майн кампф» Гитлера, переведенной на русский. Я прямо взвилась от негодования. Возмущало меня и то, что «Майн кампф» открыто продается в Москве, и то, что опорочены честные имена покойного мужа и мое.
С юристом из «Дома Ростовых», отпочковавшимся от почившего в бозе Союза писателей, — назовем его Николай Иванович — я обсудила историю с «Майн кампф». Мы решили, что я потребую у издательства возмещения за моральный ущерб — за оскорбление чести и достоинства.
Всех перипетий этой дурно пахнущей истории не помню. Помню только поучительный финал. Юрист позвонил и сообщил, что издатели-фашисты готовы заплатить мне только за перепечатку нескольких страниц из «Преступника…» — так сказать, гонорар. Они подсчитали, получается 100 000 руб. — на наши нынешние деньги 100 рублей. Я возмутилась. Николай Иванович сказал, что он от моего имени от этих денег отказался.
— Подаем в суд, — обрадовалась я. — Я их не боюсь. Потребуем 3 миллиона за моральный ущерб.
Долго я разорялась на тему: «Я не боюсь этих проклятых коричневых. Скажу на суде все, что про них думаю».