И Аз воздам
- Автор: Апаликов Владимир
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Исторические детективы
Электронная книга - «И Аз воздам». Краткое содержание книги:
Ярослав вышел из-за трибуны, затянул нарочито противно тонким голоском, сопровождая похабщину замысловатыми плясовыми коленцами:
Милый на собрание
Зовёт для колебания.
Чем я чаще колебнусь,
Тем я слаще нае..усь.
В зале будто обрушился потолок. Хлопали в ладоши яростно, хохотали яростно, матерились яростно.
Ярослав вернулся за трибуну, взметнул руку, зал покорно затих.
— А когда наша партия, когда дорогой наш товарищ Сталин в мудрости своей раскусили их, троцкисты отбросили свои колебнутия и вернулись на позиции меньшевизма. В итоге троцкизм и вся эта новая оппозиция стали, собственно, передовым отрядом контрреволюционной буржуазии, выродились в заклятых врагов Советской власти. Не секрет, что нам, дорогие мои товарищи, придётся ещё преодолевать немало трудностей на пути социалистического строительства. А, значит, у оппозиционеров будет немало поводов для паскудных, собственно, выступлений. Мы сцепим зубы и ещё больше ударимся в работу, а они будут зудеть нам под руку. Дескать, смотрите, как медленно растёт заработная плата, смотрите, как медленно идёт жилищное строительство, смотрите, как мало советское государство может уделять помощи бедноте.
Здесь оратор сделал паузу, давая аудитории возможность оценить в полной мере гнусную сущность оппозиции, продолжил с некоторой укоризной.
— Вместо того, чтобы помочь нам быстрее двинуть вперёд наше социалистическое строительство, помочь накоплению резервов для увеличения заработной платы, для помощи бедноте, — оппозиционеры используют и будут использовать все эти трудности, чтобы порочить в глазах масс нашу, собственно, партию. Чем хуже, тем лучше — вот их текущий лозунг! — Ярослав воздел обе руки, словно собираясь взлететь. — Вот в чём величайшая опасность. Те, кто поддерживают новую оппозицию, открывают двери классовому врагу, окрыляют неслыханно надежды этого классового врага. Вернувшись в меньшевистскую утробу, которая их породила, троцкисты, собственно, только подтвердили свою гнилую, глубоко враждебную рабочему классу сущность, — Емельянов вытянулся в струнку, крикнул, задыхаясь. — Собака вернулась к своей блевотине!
Рёв! Рёв!! Рёёёв!!!
— И как же, собственно, прикажете поступать с бешеной собакой?
— Стрелять сссук! К стенке их! Стрелять без пощады! Долоооой! — зал бушевал, бесновался.
— Стрелять, собственно, может, и рано, — сказал великодушный Ярослав. — Но вот в клетку — обязательно. Поддерживаете, товарищи?
Овации ударили оглушительно. Аудитория неистово гремела аплодисментами, кричала, заходилась в злобных выкриках.
К лектору устремились, засыпали вопросами, просьбами. Он отвечал, записывал просьбы, раздавал автографы, а сам искал глазами пару, привлекшую его внимание. Неужели не подойдут?
Давно Ярослав не испытывал подобного возбуждения и вожделения. Особенно при виде той девочки. Безумно хотелось, чтобы подошли.
И они подошли.
По-до-шли!
Девочка молчала, не сводила с него глаз. Говорила её старшая сестра — Мария. Сначала, как водится, отпускала комплименты лектору и лекции, восторги, ахи-охи. Ярослав, конечно, же активно изображал смущение, зарделся даже. Всё ждал, когда же она приступит к делу, всё гадал, как бы заполучить их к себе домой.
Дело у Марии оказалось подходящим: она — рабфаковка, ей поручили провести политинформацию как раз об отношении к новой оппозиции. Но она, признаться, и сама ещё слабо разбирается в политических хитросплетениях. Не мог бы дорогой товарищ Емельянов помочь ей как более опытный и мудрый наставник? И Сашеньке это очень даже пригодится — у них в школе как раз дискуссия разворачивается на данную тему. Девочка тут закивала самым усердным образом, уставила молящий взгляд прямо в переносицу Ярослава, и от этого взгляда у лектора сладко заныло в низу живота.
Разумеется, он будет только рад помочь молодым товарищам, но здесь неудобно разговаривать — может быть, выбрать место, более подходящее? Например, у него дома. Машина его ждёт — можно удобно доехать. Заодно купить по дороге чего-нибудь к чаю.