Элоиза и Себастьяно, или Тёмные стороны

Одежда у него была самая обычная — джинсы да футболка. И небольшой рюкзак из приличного туристического магазина.

Он осмотрел Элоизу — да-да, прямо осмотрел — с головы до ног.

— Это вы родственница?

— Доменики? Да, я. Добрый вечер, господин Джанфранко.

— Просто Джанфранко, — буркнул он. — Где руки мыть и всё остальное? И прогоните посторонних, — подошедшая Виолетта повела его переодеваться и мыться.

Посторонние уже распахнули дверь настежь и торчали в дверном проёме в десяток голов.

— Господа, мы сейчас будем делать монсеньору операцию. Если хотите — ждите снаружи. Как только будут новости — я их вам сообщу, — Элоиза непреклонно закрыла дверь. — Господин Лодовико, вас это тоже касается. Можете ждать здесь, но в операционной мы справимся. Теперь справимся.

И можно самой идти переодеваться.

В операционной уже был совершенно готовый Кристиано. Он продолжал командовать Виолетте, та тем временем с причитаниями раздела пострадавшего и накрывала ненужные сейчас части тела.

Хирург появился, как зелёное привидение с чёрными глазами.

— Вы все — местные медики? А где у вас врач?

— Так-то у нас даже два, — сообщила Виолетта. — Дон Бруно и донна Мария, и ещё Стефано, он обычно ассистент, как и Кристиано, и медсёстры есть, и массажист, и физиотерапия.

— А вы? — он кивнул на Элоизу.

— А я не врач. Вообще. Я немного в теме, и только.

— Но госпожа Доменика сказала, вы анестезиолог и ассистент?

— Профессионально и документально — нет. Но практически — да, мне случалось. И вот с ним, — Элоиза кивнула на пострадавшего, — случалось. Врачи не жаловались.

— Госпожа Доменика сказала, с вами можно как с ней, — нахмурился он.

— Да, — пожала она плечами. — Невербально умеете? Если умеете точными командами, тоже сгодится. Но мне так сложнее.

— Умею, — сощурился он и ещё раз её осмотрел. — Вы погрузите его в сон?

— Отчасти уже. Сейчас добавлю — и можете начинать.

Она села, взяла в руки голову Себастьена — о господи, она ещё помнит, как его следует называть — и отключилась от реальности.

— Операция закончена, — услышала Элоиза.

Она открыла глаза. Неизвестно откуда взявшийся худой чёрт Джанфранко снимал перчатки, Кристиано отключал какую-то аппаратуру, Виолетта бегала, суетилась и невнятно причитала себе под нос, косясь то и дело на врача. Кристиано ухмылялся и подкалывал её — мол, повезло тебе, кто бы тебя в нормальной ситуации в операционную пустил? Так бы и померла, не узнавши, каково это!

Монсеньор герцог лежал по-прежнему тихо, но теперь уже ничего из него не сочилось. Разрез был больше, чем изначально, но края его были аккуратно соединены по всей длине.

— Что было… у него внутри? — Элоиза с трудом заставила язык ворочаться.

— Да в основном кровопотеря и немного повреждённый кишечник. Счастливчик он у вас. Легко отделался. Прошёл бы нож чуть в сторону — было бы не так радужно. Ну и быстро всё сделали. А вы ничего, госпожа Доменика не обманула, я бы с вами поработал. Но она во время операции способна реагировать на внешние раздражители и разговаривать. А вы нет, просто делаете, что вам говорят, и всё, хотя фиксируете ткани отлично, — хирург Джанфранко внимательно на неё смотрел.