Все по-настоящему (ЛП)

Он плачет, и я плачу вместе с ним. Мы долго сидим в машине. Потом Джетт поворачивает голову и целует меня. У его пылких поцелуев привкус слез. Они полны тоски, и гнева, и боли, и надежды. Прежде чем я успеваю что-то осознать, он перетягивает меня к себе на колени, и моя одежда начинает исчезать.

– Сейчас? – спрашивает он, прожигая меня взглядом своих разноцветных глаз.

– Сейчас.

На переднем сидении нам этого ни за что не сделать, так что мы перебираемся назад. Вскоре на мне остаются только бюстгальтер и трусики, а на нем одни боксеры, и я начинаю сомневаться, такая ли уж это хорошая идея. Учитывая, что сейчас середина дня, и дорога совсем недалеко.

Но мне плевать. Я чувствую, что это правильно, и знаю, что Джетт чувствует то же самое.

Ну, все правильно, пока он не делает попытку расстегнуть мой бюстик. Не хочу ничего говорить, но ощущение, что у него не очень-то получается. Надо было дать ему парочку уроков. Джетт издает досадливый стон прямо возле моего рта. Тянусь назад и делаю все сама.

– Спасибо, – говорит Джетт, прокладывая поцелуями дорожку вниз вдоль шеи.

– Всегда пожалуйста.

И вот я остаюсь без бюстгальтера, и Джетт впервые видит меня полуобнаженной с той ночи, как мы официально стали парой.

– Мне почти хочется тебе зааплодировать, – вырывается у него.

Его ладони, едва касаясь, скользят по моей коже. Боже! Это та-а-ак приятно. Я могу испытать оргазм от одних этих прикосновений.

Джетт нерешительно щипает мои соски, и я не могу сдержать вырывающийся из горла стон.

– Тебе нравится?

– Можно и так сказать.

– А хочешь, я их поцелую?

Что это вообще за вопрос?

– Да-а-а-а, – вырывается у меня, когда он накрывает губами один сосок и втягивает его в рот.

Ни фига себе! Так я от этого отказывалась? Джетт зажимает второй сосок между пальцами и покручивает его туда-сюда. Не знаю, где он этому научился, но я, черт возьми, счастлива.

Джетт уделяет моим соскам кучу времени, и к тому моменту, как он с ними закругляется, я готова кончить, даже если Джетт просто на меня подует.

– Ну как, нормально? – так умильно спрашивает он, что мне хочется смеяться.

– Отличная работа! – хлопаю я его по плечу.

– То есть ты не против, если я продолжу?

– Черт, да!

Он улыбается и начинает целовать меня все ниже и ниже, пока не добирается до резинки трусиков. Момент истины. Не знаю, готова ли я к тому, чтобы его лицо оказалось там, внизу, но когда он поднимает на меня свой взгляд, одновременно стягивая трусики вниз, я смотрю в его потемневшие глаза и вижу, что он меня хочет. Что ж, я, черт бы меня побрал, тоже его хочу.

Приподнимаю бедра, чтобы ему помочь, и через секунду остаюсь без белья. Ну-у-у, вот она я.

Подавляю желание прикрыться. Джетт медленно вдыхает и смотрит на меня.

– Да, я обязательно нарисую тебя такой.

Чувствую, что краснею, когда он опускает голову и целует меня прямо под пупком. Я знаю, какой вопрос у него на уме, поэтому собираюсь с духом и отвечаю, прежде чем он спросит.

– Да, я этого хочу.

Посылаю небесам короткую молитву, чтобы у меня не оказался плохой вкус.

И тут губы Джетта касаются меня там раз, второй, третий. И этого оказывается достаточно, чтобы напряжение, копившееся внутри, вырвалось наружу. Я выкрикиваю его имя и выгибаюсь навстречу его рту. Кажется, он немного удивлен, но, уверена, он в курсе, что такое женский оргазм. Как только волна наслаждения спадает, его губы снова возвращаются обратно. Он лижет и посасывает мой клитор, на этот раз действуя гораздо увереннее, снова подводит меня к грани и отправляет в полет. Никогда раньше не кончала так быстро, так мощно да еще и два раза подряд. Господи!

Джетт поднимает на меня взгляд.

– Ты в порядке?

– Я чувствую себя охренительно прекрасно.

Похоже, прекратить поток ругательств не моих силах. Такое ощущение, что этого требует сама ситуация.

– Я невкусная?

Не могу удержаться, чтобы не спросить. Мне надо это знать.

– Нет, ты сладкая на вкус. Я так и знал, что ты такой окажешься. Но я, э-э, скоро не выдержу, так что мне кажется, нам надо…

– Продолжить, – заканчиваю я за него.

Что ж, до сих пор он прекрасно справлялся, но следующая часть, вероятно, окажется для меня не такой приятной.

– Пожалуйста, скажи мне, если я сделаю тебе больно, и я остановлюсь.

Не хотелось бы его расстраивать, но больно будет обязательно. Будет просто ужасно. Но так уж устроен мир, и уж лучше я испытаю нечто ужасное с ним, чем с кем-то другим.

– Я готова, – отвечаю я, и он тянется к джинсам за презервативом.

– Хави постоянно засовывает мне их в карманы.

Чертов Хави.

Я стягиваю с Джетта его боксеры и наконец-то получаю возможность рассмотреть Джетта Нгуена во всей красе. Так, ладно, его аппарат выглядит гораздо больше, чем я себе представляла. Может, мне просто видно его не под тем углом, но я понятия не имею, как эта штука во мне поместится, и чувствую нарастающую волну паники.

– Шеннон, – решительно говорит Джетт, – нам необязательно это делать.

Если только не произойдет чего-нибудь ужасного, член моего парня не изменится, а мне раньше или позже придется впустить в себя чей-нибудь пенис. Я хочу его.